1980, август: В ставку Темного Лорда проникает слух об артефакте, способном противостоять действию Гибели Воров. Из больницы Святого Мунго в неизвестном направлении пропадает двое детей. Орден Феникса связывается напрямую с Министром Магии ещё раз.
1980, июль: Министерство Магии, стремясь утихомирить еженедельно вспыхивающие недовольства и сдержать нависший над Британией кризис, назначает материальную поддержку пострадавшим семьям. Миллисент Бэгнольд через секретаря отвергает предложение Альбуса Дамблдора о встрече. Начинают ходить слухи о скорой смене министра.
1980, 20 июня: В заповеднике МакФасти похитили несколько драконьих яиц. Под подозрением Пожиратели смерти.
1980, 15 июня: На границы Магической Британии устанавливается защитный барьер. Вводятся временные паспорта, без которых становится невозможным выезд из страны.
1980, 11 июня: Дракон, пересекший Ла-Манш, вторгается на территорию Магической Франции. Зреет международный конфликт.
1980, 10 июня: Организовано нападение на банк Гринготтс. Экономика Магической Британии под угрозой, многие чистокровные семьи — на грани разорения. Из подземелий банка вырывается дракон.
1980, апрель: Министерство Магии в целях безопасности вводит ежесменные осмотры колдомедиками авроров и хит-визардов. Гринготтс усиливает охрану.
1980, март: Пожиратели смерти совершают несколько нападений на высокопоставленных магглов. Под угрозой Статут о Секретности.
1980, февраль: Сивилла Трелони произносит пророчество в «Кабаньей голове». Темный Лорд узнаёт об этом.
1980, январь: Министром Магии становится Миллисент Бэгнольд.
Пост недели от Дамокла:
Очнулся зельевар с дикой головной болью. "И пошто это мне? Знал же что так будет..." Знал. И все равно налакался до поросячьего визга. Быть может не повстречай он бывшую жену в компании неизвестного, всё прошло куда приличнее. Но, всё вышло как вышло.(читать дальше)
эпизод недели: the nemesis

Lux: ante mortem

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Lux: ante mortem » Notable Magical Names of Our Time » КАК Б[Ы] КРОСС


КАК Б[Ы] КРОСС

Сообщений 1 страница 30 из 51

1

https://imgur.com/IgPudhf.png

0

2

https://kakbicross.ru/viewtopic.php?id=54&p=2#p9802

anubis

https://imgur.com/fhfCIA2.png https://imgur.com/Yi9uyjw.png https://imgur.com/Yx4so3Q.png
[oded fehr]

[indent] » egyptian mythology

«После миллионов лет упорядоченного сотворения мира
[indent]  [indent] вернется предшествующий сотворению хаос

Мистерии имеют много слоев, каждый из которых открывает новую плоскость знаний. Так же, как образ Анубиса имеет несколько смыслов, меняющихся в зависимости от контекста. Например, у Анубиса — два лика, черный и золотой. Чёрный Анубис связан с первым этапом алхимического процесса — «чёрным деланием», которое в психологическом плане означает вхождение в хаос, разъединение, распад. Золотой Анубис — путь созидательной трансформации личности.
Человек — существо многосложное, симбиоз сил. Вся жизнь человека, все события, которые ему предстоит пережить, все, в чем он будет участвовать или наблюдать, — это личная мистерия посвящения. И только от человека зависит, сможет ли он пройти этот путь и обретет ли в конце этого пути бессмертную душу.


может быть ты подумаешь, что я поехал. но. у меня есть  о ч е н ь  концептуальный сюжет кроссовера стар трека с египетской мифологией, где пантеон богов — это не идеализированная человеком сущность, а квинтэссенция космоса; где-то за пределами знакомого, открытого, обитаемого, — где-то на грани физического воплощения и философской идеи о «конечности» пространства-времени.

что-то сюжетное, что-то не очень;

дело в том, что мой лорка — знатно проебался по жизни, прыгая туда-сюда из прайм! и миррор! вселенных (а у нас еще и соприкосновение с ребутом будет, и еще черт знает сколько таких разломов). его время, с точки зрения столкновения двух вселенных, не просто остановилось; оно исчезло, — его отторгают обе вселенные, он стал ошибкой, пространственным и временным коллапсом. по идее, ему бы, конечно, подойти к той же точке невозврата, в которой в конце второго сезона оказалась филиппа — стать константой в определенном отрывке времени, чтобы «заземлиться» в нем. но. НО. (он слишком заебал всю вселенную своим существованием, чтобы она легко и просто выкинула его в безвоздушную среду, как биомусор). так что, если решишься — будь готов, что я накидаю тебе пару источников вдохновения и миллион своих мыслей о том, как в рамках этого кроссовера можно переобмозговать древний образ божества. (если что-то пойдет не так, и тебе покажется, что все это звучит слишком плохо и не_научно — ты всегда можешь сказать "стоп", и мы подумаем над чем-то попроще).

пример поста;

тут пост

Отредактировано Howler (2022-06-22 18:53:18)

Подпись автора

ЛЮКС В ПОИСКАХ НУЖНЫХ

0

3

https://kakbicross.ru/viewtopic.php?id=54#p606

adrien agreste
[студент, супергерой, модель]

https://i.pinimg.com/474x/94/23/6c/94236c4fcf391c62c1df1ad88aabb434.jpg
[original, arts, aesthetics]

[indent] » miraculous ladybug & cat noir
[WARNING! сразу два пункта: во-первых, хочется видеть его как Котволкера в плане поведения: в том самом костюме и с хвостиком, но не с зелёными волосами хд серьезного, собранного, иногда слишком ответственного и немного занудного... дабы раскрепостить его постепенно. Покажите Адриана, которого Габриэль довёл до состояния "маленького взрослого". Не Феликса с его вредностью и хитростью, нет, а именно ответственного героя в обоих его воплощениях. Во-вторых - заявка в пару, но не только для романтических сопелек.]
Адриан Агрест - особенный мальчик. Только давайте без теории о том, что он сентимонстр. Это дичь даже для такого любителя стекложорства как я. Послушный сын, скромный джентльмен и истинный рыцарь Парижа 21 века. Стоило тебе всего лишь подать старику трость, как он уже увидел в тебе огромный потенциал и подбросил камень чудес чёрного кота, с помощью которого сей очаровательный порой до скрипта зубов юноша может разрушить что угодно силой разрушения.


дополнительно: Как уже было сказано выше - я бы хотела забрать Адриана в пейринг. В конце концов, мы оба дети, которые толком не знают родительской любви. Иногда - а Адриан всегда - мы прячем настоящих себя, играем другие роли, чтобы родители нас приняли. Мы могли бы сойтись на этой почве сначала как друзья, а потом как пара. К тому же, по некоторой задумке у нас (пока что у меня и Хлои) Габриэль не такой... несамостоятельный, а гораздо более способный и изощренный, сообразительный злодей, которого отец Зои оставил, первым найдя некий артефакт, способный вернуть Эмили к жизни, поэтому Габриэль подослал убийц к мистеру Ли, а потом закономерно заподозрил, что артефакт мог попасть в руки Зои, дочери убитого соперника.  И теперь, когда девушка приехала в Париж, Агрест пригласил ее в качестве модели для женских образов его бренда, дабы проследить за ней и заставить отдать ему нужную вещь. В общем, на лицо потенциал для драмы а-ля "твой отец убил моего, могу ли я верить тебе?" И все такое. В остальное расскажу в лс.
Добавлю, что я не хейчу Маринетт, но уступать не буду. Поэтому если вы хотите играть каноничный пейринг адринетт... ну, это не совсем то место, простите-извините хд

пример поста;

...Зои растерянно смотрит в зеркало на свое веснушчатое лицо. В целом, кожа её бледновата, большие щеки, маленький рот с не выразительными губами. Серо-голубые глаза не особо яркие. В общем говоря, вроде и миленько, но... скучно, тускло, ничем не примечательно. И не то, чтоб она особо комплексовала из-за внешности. По правде говоря, иногда она даже радовалась, что её внешность вряд ли можно назвать по-настоящему привлекательной, так как она не любила излишнее внимание и не хотела бы, чтоб ей проходу не давали парни-фанаты. Ей такое вообще не интересно.
Но вот сейчас она попросту пыталась понять, с какой-такой радости Габриэль Агрест послал в отель Гранд-Пари свою помощницу с приглашением для нее, Зои, войти в ряды моделей его дизайнов. Она даже не понимала толком, откуда он в принципе узнал о её существовании. И почему не Хлоя? Она изящнее, знает, как себя подать, врождённая француженка. Красотка с ярко-голубыми льдистыми глазами. Никаких шрамов, никаких "нелепых" веснушек. Нет, самой Зои её веснушки нравились, но Одри и девчонки из её бывшей школы зачастую указывали ей на то, что веснушки делают девушку внешне деревенской дурочкой.
Зои было всё равно, как она выглядит, главное, чтоб чисто и аккуратно, а на титул и образ волшебной принцессы она никогда не претендовала. Так что сейчас она сидела перед туалетным столиком, держась за стул обеими руками, и с недоумением пялилась на свое отражение. Она странная, немного нескладная, как многие подростки в этот период, с её скучным лицом, с её неровной стрижкой, которую она до сих пор не подравняла, с этими розовыми прядями... Модель дизайнера, довольно известного в Париже.
Бред какой-то.
Зои щипает себя за предплечье, морщится и ловит эту гримасу в отражении. Но даже после лёгкого, быстро тающего неприятного ощущения все происходящее все равно не кажется ей реальным.
- Хлоя, ты уверена, что это нормально? Разве не ты хотела? Мне казалось, тебе нравится... как там его... Адриан, сын этого дизайнера. Я думала, это ты хотела с ним сниматься. Или... Маринетт вот тоже. Она всё время пищит от восторга, когда заходит речь об этом дизайнере.
- Глупости, детка! Адриан Агрест - красавчик, но абсолютный зануда-ботаник. С ним разве что подружиться я могла бы. А Маринетт творческая натура. Её именно талант его отца интересует. Адриан ей как брат. А влюблена без памяти она в Котогероя. Котволкера. Ну, влюбиться в супергероя это нормально для девчонки-пятнадцатилетки. Пусть. Хотя если он разобьёт ей сердце, я его уничтожу. В общем, перестань искать  отмазки. Послушай, Зои. Отставь ты эту свою лишнюю скромность! Ты очень даже симпатичная. Думаю, уж опытный дизайнер знает, кого в модели берет. У тебя все получится! - несколько вальяжно прощебетала Хлоя, приобняв сестру за плечи. - А теперь нам надо поспешить. А то мадам Менделеева не пустит нас на урок, если  мы опоздаем даже хоть на минутку!
Что ж, им обеим в голову не приходило, что цели у "опытного дизайнера" отнюдь не поднять самооценку приезжей девчонки, а кое-что совсем иное. Но до момента, когда они это узнает, еще очень далеко.
Уроки прошли спокойно и даже скучновато. Однако Зои была словно на иголках. Она боялась не оправдать возложенного на неё доверия и надежд. Быть лицом какой-то более или менее известной компании та еще ответственность. И морока.
Так что, переволновавшись, она стала рассеянной. Ей передали информацию о том, что после занятий ей стоит подойти к Адриану и поехать с ним в какую-то конкретную студию. Да, они уже пару недель проучились в одном классе. Да только пока нще особо не общались: только "привет-пока". Неуверенно приближаясь к нему, Зои споткнулась об свой развязавшийся шнурок на цветном коде и полетела вперед. Буквально навстречу Агресту.
Боже, как по-идиотски неловко! Наверняка подумает, что в свои пятнадцать она по развитию отстаёт лет на десять...

Подпись автора

ЛЮКС В ПОИСКАХ НУЖНЫХ

0

4

неактуально;

https://kakbicross.ru/viewtopic.php?id=54#p1903

sel mortarty
[священник и алкоголик, утративший ориентир]

https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/55/507496.webp
[matthew mcconaughey]

[indent] » supernatural
Ты пытался нести слово божье, но не принес ничего, кроме хаоса. Святой отец, избранный быть рукой Его, словом и делом. Посланником на земле, через уста которого люди смогут услышать. Смогут понять и принять. Но все это ложь, верно? Ты никогда не трактовал писаний так, как это заведено, у тебя всегда имелось собственное объяснение на любую строку завета, и даже выпадая из припаркованной на заправке машины, потому что нет сил даже дверь захлопнуть, ты в пьяном бреду цитируешь собственные записи, собственные расшифровки священных текстов. И каждую из них я помню, будто это было лишь вчера, Сэл. Меньше четырех тысяч долларов, вот моя цена, столько ты заплатил и даже получил доллар на сдачу. Я возила тебя по округе два года, именно ты был первым человеком, вдохнувшим в меня жизнь, и вероятно именно ты привлек ко мне внимание Дьявола. Через два года ты умер, вот так просто! Как умирают все, каждый человек, но пожалуй я знала, что все не так просто. Ты связался с потусторонними силами, верно? Твой ангел, освещающий дорогу к свету, привел тебя во тьму. Ты спутал посланника господа с приспешником Сатаны и был согласен даже на это, на пути к чему, Сэл? Куда ты привел нас?


дополнительно: Сэл Мориарти — первый владелец Импалы, который лишь вскользь упоминается в сериале, а уж тем более никогда не был показан. Однако, я всегда хотела поразмышлять на тему того, каким мог быть этот человек, о его слабостях и пороках. Мы тут с пятым сезоном балуемся, очеловечивание неодушевленного предмета станет одной из печатей для освобождения Люцифера. Угадай, кого оживили? Сэл всегда будет одним из якорей Импалы, для нее навсегда сохранится связь не только с Джоном, Мэри, Дином и Сэмом, но и с ним тоже. Но что если душа Мориарти почернела настолько, что там не осталось и проблеска от человеческого?

пример поста;

будет

Отредактировано Howler (2022-08-18 14:31:35)

Подпись автора

ЛЮКС В ПОИСКАХ НУЖНЫХ

0

5

https://kakbicross.ru/viewtopic.php?id= … p=2#p13533

fenris
[беглый раб
свободный эльф
лучший друг защитника киркволла]

https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/140/662238.jpg
[your choice]

[indent] » dragon age
[indent] Когда-то его звали Лето, но его собственное имя он узнает лишь от сестры, что предала его, обманула, приведя вновь к бывшему хозяину, заманив в ловушку, что была устроена в Висельнике.
[indent] Хоук и не думал отдавать Фенриса Данариусу — за то время, что они были знакомы, начиная с драки на пороге эльфинажа, маг уже успел проникнуться к эльфу неподдельным уважением, а сам Фенрис стал неотъемлемой, весьма важной частью его разношерстной, взбалмошной, известной уже почти на весь Киркволл компании.
[indent] Фенрис также был одним из немногих, к кому Хоук был способен чувствовать что-то вроде… жалости и сострадания. Он видел несчастных, с которыми Андерс возился в своей лечебнице, видел бедность Нижнего города, сумев вырваться из нее лишь благодаря стойкости, упрямости и удаче, но история беглого раба, что хлебнул горя и боли, упрямо продолжая терзать себя ненавистью и отчаянием, трогала скупого на эмоции Гаррета куда сильнее.
[indent] Для Хоука Фенрис — лучший друг, такой же верный, как и Варрик, хотя первое время их общение было весьма… напряженным. Гаррет — маг крови, с чем довольно долго не мог смириться эльф, да и водил дружбу с одержимым отступником, что так ратовал за свободу ненавистных Фенрису магов, но Хоук смог доказать эльфу, что достоин его доверия и верности.
[indent]  Они всегда довольно хорошо друг друга понимали — Хоук почти так же мрачен, как и эльф, и у него весьма похожие понятия о правосудии и мести, а еще порой жестокий, очень своеобразный юмор. Гаррет всегда поддерживал Фенриса в желании помочь несчастным невольникам, всегда был рад пойти с облавой на работорговцев, что вновь расположились на Рваном береге, совершенно не понимая и не принимая как ненависти к эльфам, так и рабство, неважно, является ли оно открытым, или же воплощалось в строгом контроле храмовников над магами в Кругах.
[indent] Преданность эльфа лишь немного пошатнулась, когда Хоук принял решение все же поддержать магов, когда вспыхнул уже давно назревающий в Киркволле конфликт, но Фенрис знал, что каждое решение мага тщательно взвешено, и что все его действия продиктованы лишь холодным расчетом.


Просто приходите.
Я играю любые сюжеты и альты, с ответами не тороплю и стараясь не задерживать посты сам.

пример поста;

[indent] Несмотря на яркое, жаркое пламя в очаге и множество свечей, воткнутых то тут, то там, оплывающих прямо на рассохшееся дерево столов, в помещении сохранялся прямо-таки неприятный, пробирающийся под одежду и пронизывающий буквально до костей холод. Они давали достаточно освещения, но никогда - тепла. Множество алхимических препаратов, останки тел животных и существ, расставленные по множеству полок вдоль стен, засушенные травы под потолком не терпели жара, сохраняясь только при неприятном любому живому существу холоде.
На алхимической лаборатории медленно, очень медленно закипало очередное зелье - темно-зеленое, им можно было обработать лезвие клинка или наконечник стрелы - плавно стекало в небольшую колбу уже пару часов как, но всё равно тягучая жидкость едва закрывала собой толстое дно.
В комнате на самом нижнем этаже подземелий было тихо, несмотря на кипящую в Темном Братстве последние пару месяцев жизнь.

[indent] Люсьен быстро, выверенно разделывал труп, лежащий на каменном столе, потеряв где-то привычную мантию Уведомителя и закатав рукава чёрной рубахи выше локтей, обнажая почти мертвенно-бледные запястья с ещё более белыми нитями шрамов и вымазавшись в крови.

[indent] - Слышащая в курсе? - Тихо спросил мужчина, впрочем, даже не посмотрев на стоящих у порога в его личные владения. Пока что весьма скромные, но лишённые от посягательства посторонних - тёмная, гнилая аура некроманта простиралась на добрую пару этажей, и даже едва ли живой Бабетте было немного неуютно, когда она забегала за реактивами или травами, которых у Люсьена всегда было в избытке.
Некромантам всегда было тяжело существовать рядом с живыми, а после возвращения из Пустоты Лашансу было и вовсе непросто, поэтому каждый день превращался для него в самую настоящую пытку. Но других вариантов на горизонте пока не наблюдалось.

[indent] - Я не думал, что всё… так, а она взяла, и… - Мямлит юноша, совсем ещё мальчишка у входа, перед этим бегло посмотрев на своего приятеля, что толкнул его слегка локтем в бок.

[indent] Лашанс подавил желание закатить глаза - слишком уж был занят. Резко дёрнул рукой, отсекая мягкие ткани от костей, тут же погружая их в миску с густым, едко пахнущим раствором - они ему ещё понадобятся, как и органы, которые можно будет пустить на зелья и сильнодействующие эликсиры. До его появления в числе живых подобным занималась Бабетта, но Люсьен знал себе цену еще тогда, двести лет тому назад. Его эликсиры, яды, настойки были на порядок сильнее. Он занимался этим и сейчас, восстанавливая навык, прекрасно понимая, что нестабильная пока магия не позволит ему выполнять контракты, как это было прежде.

[indent] - Громко. Чётко. Ещё раз, - тихо, совершенно спокойно отзывается мужчина, наконец поднимая взгляд на топчущихся на пороге убийц. Смотрит долго, пронизывая насквозь, заставляя ещё сильнее жаться друг другу, врастать в пол, чувствовать всю собственную бестолковость.

[indent] Когда-то под этим взглядом затихали даже его коллеги по Чёрной Руке, и рядовые убийцы не стали исключением, заговорив почти сразу:

[indent] - Мы пришли к ней сначала. Рассказали, что случилось, и про девчонку, и про...клинок. Она отправила к вам, - чуть более смело говорит юноша, судорожно сглатывает, вновь роняя взгляд в пол и добавляя уже куда как тише и менее смело. - Сказала, чтобы вы назначили нам наказание.

[indent] Лашанс всё-же тяжело выдохнул, не очень-то аккуратно, с громким шлепком плюхнув истекающее почти свежей кровью сердце на свободную миску.

[indent] - То есть, вы мало того, что упустили свою цель, указанную в контракте, но и позволили ей украсить клинок, дарованный вам из Пустоты самым Ситисом?

[indent] В помещении разом становится на пару градусов еще холоднее. Пламя свечей падает, мелькает на фитиле жалким голубоватым огоньком и пускает слабые искры, но мужчина быстро берёт себя в руки, щёлкает пальцами левой руки, и всё приходит в норму. Только пламя в очаге вьется беспокойно, облизывая чёрный котелок на вертеле.

[indent] Не хватало ему ещё сорваться на этих идиотов, которые продержатся в Братстве едва ли ещё полгода - Пустота, а ее зов Люсьен теперь ни с чем и никогда не спутает, заберёт их довольно скоро.

[indent] Вытерев влажной тряпкой наконец руки, оставляя на них всё равно бурые разводы крови, мужчина наконец разворачивается к убийцам. Его лицо всё ещё не выражает ни единой эмоции, как и чернильно-черные глаза, но голосом можно заморозить ещё пару городков в этой и без того холодной провинции. Лашанс складывает на груди руки, смотрит открыто, долго сохраняя молчание, подыскивая максимально подходящий вариант, который устроит всех.

[indent] - Ступайте. Не прикасайтесь к новым контрактам. По возвращении я найду вам… занятие.

[indent] Дверь с глухим, поспешным стуком закрывается с другой стороны, и мужчина всё же проводит по лицу ладонью, прикрывая глаза.

[indent] Всё было совсем не так, как он ожидал. Братство стало… другим. Лишь тень, жалкие слухи о той легенде, которым оно являлось двести лет тому назад. Ни системы, ни контроля, ни трепета перед Матерью и Ситисом, лишь жалкая жажда быстрых, лёгких денег, превращающая новых рекрутов в жалких наёмников.
Астрид, что пустила Тёмное Братство едва ли не по миру, нынешняя Слышащая, плохо понимающая, кем она теперь является, воспринимающая саркофаг Матери каким-то сюром, не более… пожалуй, из всего нынешнего Братства Люсьен мог открыто поговорить только с Цицероном, что много общался с Матерью в своё время, но вот именно с ним, как ни странно, и не хотелось.
Несмотря на схожесть взглядов, рыжий шут раздражал некроманта до дрожи.

[indent] У них и Чёрная Рука будто позаимствована у инвалида-бедняка из Виндхельма - только Слышащая и вернувшийся из числа мёртвых Уведомитель. Это даже не смешно.

[indent] Тяжело вздохнув ещё раз, Люсьен скользнул взглядом по трупу, которым занимался последние пару часов - ещё одна работа скампу под хвост. Он может наложить чары стазиса на останки, но какой от них толк, если в его комнаты регулярно вламываются все, кому не лень, а он понятия не имеет, когда вернется после того, как в очередной раз отправится подчищать за вверенными ему убийцами?

[indent] Все почти как раньше. Почти.

***
[indent] Снег сыпет, тучи тянутся всё ниже и ниже. Люсьен может посревноваться с ними в мрачности, хотя в этом нет особой необходимости - знает же, что выиграет с хорошим отрывом.
Дорога заканчивает петлять, и после одного из поворотов он наконец отпускает Тенегрива охотиться, погладив напоследок по длинному, гладкому черному носу - заставлять его дожидаться в общих конюшнях было почти что кощунством, а объясняться потом с конюхом за неожиданно откусанные пальцы не хотелось совершенно.

[indent] Город погружен в снег и тоску, как и двести лет тому назад. Лашанс ориентируется в улицах слабо, все-таки многое изменилось за двести с лишним лет, когда он был здесь последний раз, но это хоть что-то.
Карман греет записка контракта, который недоумки так и не смогли выполнить.

[indent] Исправлять чужие ошибки было его обязанностью. Заботится об убийцах в убежище было выбито у него на костях черепа, и Лашанс старался до последнего своего вздоха, Ситис свидетель.
Но как же его бесила чужая глупость!
К тому же, нынешние убийцы не шли ни в какое сравнение с теми, что подчинялись ему в Чейдинхоле, но…
Он был обязан.

[indent] Немного послонявшись по улицам, надвинув не слишком глубоко на лицо меховой капюшон зимнего плаща, чтобы примелькаться горожанам, он заходит в первую попавшуюся таверну, чтобы согреть руки и послушать местные сплетни - это тоже никогда не было лишним.

[indent] Заказывает горячий травяной отвар, занимает одно из свободных мест под не самым освящаемым столиком, скидывая с плеч плащ да скользя по местным лицам равнодушным, но цепким, внимательным взглядом.

Подпись автора

ЛЮКС В ПОИСКАХ НУЖНЫХ

0

6

неактуально;

https://kakbicross.ru/viewtopic.php?id=54&p=2#p14679

howard stark
[предприниматель и изобретатель,
основатель компании stark industries, со-директор Щ.И.Т.а
]

https://forumupload.ru/uploads/0011/64/e4/2/613484.gif https://forumupload.ru/uploads/0011/64/e4/2/378174.gif
[dominic cooper]

[indent] » marvel
эпоха нового мира наступит скоро, но к сожалению не сегодня. ты стараешься, говард и я это вижу, но почему-то каждое твое изобретение наносит коллосальный вред, оттого ты так отчаянно и цеплялся за проект возрождение. стив был твоей надеждой сделать что-то хорошее. стив был нашей общей надеждой.

говард та самая буйная сила, что хочет добра, а получается все вечно через <...> неправильно одним словом; говард - 99,9% кофеина в организме  и отсутствие здорового сна. полное отсутствие чего-то здорового в его жизни, впринципе;

гений и миллиардер задолого до того, как это стало модным. плейбой по натуре. это называется бикини/бикини. твое изобретение?

тебе совершенно не важно, что о тебе думает весь этот прогнивший мир, нахально улыбаешься на первых полосах газет, но хмуришься и отправляешь джарвиса на разговор со мной, когда облажался; потому что: мне важно, что обо мне думаешь ты.

когда между нами установилась эта прочная связь, где я за тебя готова предать контору. потому что меня никогда не подводит чутье//ты создаешь новый мир, в котором меня будут уважать?


давай договоримся: ты придешь - все остальное мы утрясем в процессе. у меня есть сюжеты, у меня есть желание и вся любовь, что только можно дать такому другу как говард. в конце концов мы с тобой прошли огонь, воду и медные трубы. а еще сержант барнс сказал, что он будет рад говарду, тебе надо прийти и убедиться лично.

и я не могла не <...> серьезно.

пример поста;

это было началом конца. по правде, андромеде стоило понять это еще тогда, в пестрящей громкими заголовками статье, где пересчет смертей магглов давно перешел за десяток за последние недели, а отец мирно пил кофе, приговаривая, что лорд принесет в магический мир британии стабильность и положенное чистокровным семьям, по праву рождения,  могущество. у меды озноб бежал по позвоночнику, если процветание строилось на костях невинных, то этот мир был не для нее.

она закусывала щеку изнутри, до крови. тед писал о том, что участились нападения на магглорожденных волшебников — это переходило границы. аврорат сбивался с ног. люди боялись зависшей черной метки над крышей домов, уже заранее зная, что обнаружат там. меда малодушно боялась увидеть метку на предплечье кого-то из семьи или друзей. только потом понимая, что ее страхи были вполне себе обоснованы. за тихими разговорами светских раутов, что так любила аристократия, знакомых улыбках и привычных разговорах, там за масками знакомых, знаваемых и просто близких, скалились жестокие звери. загнанные и злобные, у которых была лишь одна правда, если ты не с ним — значит ты враг. и чистота крови тут уже не играла особой роли.

это было чертовой точкой не возврата. там, где рабастан, неосознанно вышибал твердую почву из под ног, словно в лицо бросая его правду. единственную верную в их окружении, ту самую от которой у самой девушки сводило внутренности, а к горлу подступала отвратительная горечь осознания, там где она отмахивалась от незнакомых имен жертв, палач зачастую был один единственный. тот самый человек, которому меда вполне могла бы доверить собственную жизнь, когда-то.

она даже не могла сказать, когда все это началось. спустя десятилетия ей казалось, что это чувство было с ней всегда. с самого детства, наполненного детским смехом, прятками в материнском саду, что в августе пестрил яркими красками и пьянил изобилием душных запахов цветов. тотальная уверенность в рабастане, та самая нерушимая, порой абсурдная и не требующая доказательств. свой собственный нерушимый остов, постоянная переменная в хаосе, что набирал обороты в обществе и безумии родной семьи, что со временем начинало казаться абсолютным для всех, кто носил древнейшую и благороднейшую фамилию. в какой-то момент андромеде становилось страшно за себя.

она воздух втягивает сквозь плотно сжатые зубы и давится этим, по детски наивным — пообещай не умирать никогда — это даже в мыслях ее выглядит жалко, что позволить себе совершенно не может. ее душит фраза, которую она так и не произнесет в тишине гостиной, потому что не имеет на это, собственно, никакого права, как и находиться в этой гостиной поздно ночью, когда давно должна была спать в собственной комнате; и уж точно не в праве она желать вцепиться холодными пальцами в ладонь, сдирая тонкую кожу ногтями, в попытке разодрать до крови, удержать любыми способами от глупостей, в которые ввязался. рабастан никогда не был глуп, но почему то сейчас опрометью с головой бросается в омут из которого не выплыть. ей пожалуй, впервые так страшно за кого-то другого. в конце концов хоронить лестрейнджа совершенно не хочется, как бы хорошо не смотрелся этот блядский черный цвет на ее фигуре.

андромеда морщится, за наигранным возмущением пряча болезненную рябь разочарования, что пробегает по лицу, растягивает губы на уголок в тихом фырчании, и, совершенно точно старается не отвернуться, жмурясь до белых точек перед глазами. потому что позорно разреветься, когда изнутри все пульсирует болезненным осознанием, словно крюками развороченная действительность — последнее, чего бы хотелось. особенно при нем.

она костяшками пальцев трет обжигающий след на щеке, стараясь игнорировать двусмысленность открывшейся реальности, где страх за состояние рабастана открыл для нее другую сторону его жизни, о которой совершенно не хотелось знать//думать. в таких случая блаженное неведение — самый идеальный вариант, даже если внутри скребет осознание, что знала до этого. — по крайней мере, теперь я знаю, что мы сможем обойтись без целителя и рудольфуса. — она растягивает имя старшего лестрейнджа почти по слогам,  кожей зная это покалывающее ощущение недовольства, которое обычно следует за упоминание старшего брата.  — если, конечно, ты перестанешь строить из себя героя и позволишь заняться раной.

первые пасы палочкой даются тяжело с дрожанием похолодевшей руки; меда взгляд отводит свой растерянный. она знает наверняка, как тяжело дается это его прости. вот только единственное чего дать андромеда не может — это прощения. это отражается затяжной болью на дне карих глаз, которую не вытравить даже спустя десятилетия.

— я просто не могу понять, зачем ты это делаешь? — брови ее темные сходятся на переносице, девушка щурится, рассматривая знакомые черты лица. кажется, ей знакомо все, уверенный спокойный взгляд и самый последний шрам, даже хмурая морщинка, которую хочется разгладить пальцами. это все еще  рабастан, с которым она гуляла в детстве в материнском саду, пряталась в комнатах поместья лестрейнджей, тихо переговаривалась в школьных коридорах, изредка сталкиваясь в факультетской гостиной — таких вот простых, жизненных, фрагментов в ее памяти, пожалуй, ровно столько же, как семейных хроник в старом омуте памяти, в доме блэков. - ты никогда не был жесток.

ей просто нужна была уверенность, переложенное на чужие плечи решение или молчаливый полный упрека взгляд, даже если осуждающий — плевать. что-то, что позволило бы удержаться там, где так невыносимо дышалось в последнее время. сейчас хотелось бежать, опрометчиво, боясь оглянуться и увязнуть в омуте бессмысленных смертей и войны за господство. решение, что позволило бы затянуть петлю на собственной шее еще сильнее, продолжив улыбаться, потому что это то, что хотели бы для нее родители. чистокровное долго и счастливо. что позволило бы запустить извечную траекторию движения по орбите, вокруг чего-то нерушимого. ее тотальная уверенность рассыпалась на собственных глазах, уродливой меткой, скотским клеймом на бледной коже.

возможно, в своих глазах они были последователями и революционерами. борцами за справедливость, в этом прогнившем мире. в ее глазах они были потерявшимися, отчасти, безумными, людьми. оттого больнее становилось видеть в рядах все больше знакомых лиц, дергаться в тиши, когда отвратительные слухи не дают уснуть, а сама ворочается с бока на бок, осознавая лишь одну простую истину. она так больше не может.

и уже совершенно не важно, зачем она сюда пришла. ее молчаливое прощание печет уголки глаз слезами, что никогда не будут пролиты. андромеда плечом ведет худым, поджимая тонкие губы. — это сейчас не так важно, считай, что хотела увидеть. впервые за долгое время ей больше нечего ему сказать. самый ее большой страх оживает в небольшой гостиной, на ее глазах. она должна была знать, что где-то здесь была точка не возврата, где на предплечье змеилась уродливая метка, которую так боялась увидеть на руке. особенно его.

Отредактировано Howler (2022-08-29 15:58:07)

Подпись автора

ЛЮКС В ПОИСКАХ НУЖНЫХ

0

7

неактуально;

https://kakbicross.ru/viewtopic.php?id=54#p1508

john winchester
[охотник, не лучший отец, первоклассный водитель]

https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/55/618767.gif
[jeffrey dean morgan]

[indent] » supernatural
Посмотри, что мы наделали, Джон. Посмотри, что сделало с нами время. Ты давно вписал себя в число безмолвных странников, ищущих если не покоя, то смерти, ну а мне не оставалось ничего иного, как быть сторонним наблюдателем и ждать, очередной поездки с билетом в один конец. Я не стану в чем-то тебя обвинять, в конце концов ты всего лишь человек, механизм которого может выходить из строя время от времени. Твои дети всегда были твоими невольными механиками, теми кто способен поставить на ноги и указать верное направление, хоть ты чаще всего не желал смотреть в указанную тебе сторону.

Теперь я знаю, что у нас не могло быть иной судьбы. Теперь я знаю куда больше, чем прежде, многое понимаю. Но впервые с момента сборки, Джон, мне действительно страшно, впервые моя судьба не просто связана с твоей семьёй. Думаю, участь твоих сыновей отчасти будет зависеть от моих решений и поступков, но я уже не уверена в том, что правильно, а что нет. Что есть добро и зло. Что я такое.


дополнительно: это хуманизация импалы, каюсь, мне не стыдно. с дином и касом мы решили остановиться в районе пятого сезона, ты умер недавно, следы еще свежие, будем выдёргивать тебя из ада. поторопись! не хочу, чтобы эта роль досталась твоей современной молодой бездушной версии, не готова принимать новый сериал как данность, мне куда приятнее делать вид, что у эклза просто закончились деньги на содержание пивного завода.

пример поста;

Она отметила забавную рефлекторную реакцию тела на внезапные внешние раздражители. Святая вода в лицо заставила её закрыть глаза и дёрнуться назад, часть воды всё же попала в рот, на вкус она была, ну...никакой. Она тут же пропала, скатилась по языку куда-то внутрь, и стоило женщине открыть глаза, как всё повторилось снова, на этот раз с солью. Её привкус оказался куда более ярким и четким, раздражающим рецепторы во рту. Крошечные кристаллики смешивались с каплями воды на плечах, ключицах и груди, немедленно растворяясь в ней, пощипывая кожу. "Какого хрена?" - всплыло у неё в голове как-то само собой, не её слова, не её мысли, просто реакция кого-то другого. Дина. Когда он вернулся, Бобби поступил именно так, проверял его на вшивость самыми быстрыми и действенными способами, которые имелись в арсенале любого охотника. Это была стандартная процедура для того, кто доверия не вызывал, и она без сомнений сейчас подходила для этой категории как никто. У неё самой в голове роилось море вопросов, и с каждой минутой их становилось лишь больше.
Только сейчас, например, она осознала во рту вкус мазута или чего-то вроде этого, когда его перебило нечто новое, нечто другое. Перебило лишь на мгновение, соль быстро дала о себе знать и так же быстро пропала, вновь уступая место горечи и вязкости химического вещества. Импала цокнула языком, сильнее разгоняя новые ощущение по ротовой полости, и поморщилась, этому телу подобное естественным не казалось, не нравилось, отчасти было даже противно. Но тошнота подступила сильнее, когда Дин полоснул по гладкой коже на руке остриём ножа, будто оставив напоследок самое неприятное. Ожидаемо, женщина одёрнула руку, выдохнув скорее удивлённо, нежели испуганно. Она опустила взгляд с Дина на порез, наблюдая, как крошечные капли проступают из неглубокой бороздки на поверхность, собираясь в единую линию и под наклоном скатываются ниже, к локтю, очерчивая предплечье. Острая боль, возникшая в первые секунды, постепенно уступила место обжигающему чувству, так мозг оповещал о повреждениях, эта информация мелькала внутри её головы как лампочка на приборной панели, при этом ей совсем не обязательно было смотреть на руку или на порез, она просто знала о его наличии.
- Фокус, - повторила она еще одно слово, которое слышала прежде, но впервые сама произносила вслух, - знать бы, в чем тут фокус.
Её голос оказался ниже, чем она предполагала, будто связки не злостного, но стабильного курильщика, регулярно запускающего никотин в свой организм, в её случае скорее естественный тембр, нежели признак пагубной привычки. Импала сглотнула, вновь отмечая ощущения от этого действия. Дин явно ничего не понимал, как и она сама, но переведя взгляд на лего и солдатика - талисманы, подаренные ей маленькими Дином и Сэмом как символ их собственной преданности и привязанности к автомобилю, она вдруг поняла - он её не узнаёт. Новый вопрос, предметом которого стали шрамы на плече, которые она и сама уже заметила, подтвердил это и без того очевидное предположение.
- Дин, - вкрадчиво произнесла она его имя, привлекая внимание, словно в данном случае это было необходимо, будто и без того всё его внимание не было приковано к ней. Но ей нравилось, как это звучит, нравилась возможность позвать его впервые не рёвом мотора, не высоким воем сигнализации, но словом, голосом, - это я!
Теперь это казалось ей очевидным. Вот сейчас он прозреет, всё осознает и поймёт, точно так же как она. Но Дин хмурился, сдвинув брови к переносице, он смотрел на неё без проблесков. Импала порывистым движением сгребла игрушки со стола за его спиной и потрясла ими перед носом мужчины, держа свои драгоценности на раскрытой ладони. Он должен понять, иначе и быть не может! Да, поверить в такой бред трудно, но ведь он охотник, он и не такое видел!
- Это я, Дин! Не знаю как, но, - она знала как. Поняла это в то же мгновение, когда только что намеревалась утверждать обратное. Сжав игрушки в руке, она опустила её, снова устремив взгляд куда-то в пространство. Прохладное влажное прикосновение всё еще чувствовалось у неё на губах, дыхание самой жизни, неповторимый оригинал. Свободной рукой женщина коснулась своих губ, встречаясь глазами с Винчестером, - Лилит, - это имя вышло у неё лишь шепотом. Всё больше и больше Импала начинала походить на вменяемого, как минимум осознающего действительность человека. Но чем яснее становились её суждения, тем острее она ощущала ужас от того, что произошло. Одномоментное головокружение немедленно сменилось новым рвотным позывом. Прижав руку ко рту, она с трудом сдержалась и была бесконечно благодарна Дину за быструю реакцию в виде кивка в сторону крошечной душевой, совмещенной с туалетом. Лишь сунув напоследок игрушки ему в руки, она ринулась в указанном направлении, едва успевая упасть на колени, прежде чем очередная порция черной жижи вылилась из её рта, уродуя белоснежную внутреннюю поверхность унитаза. Запах мазута наполнил тесное помещение, на этот раз устремившись в её лёгкие. Она в человеческом теле, хотя не должна быть в нём. Она видела Лилит, помнит белёсую непроницаемость её глаз, помнит её голос. Она автомобиль, но человек, созданный демоном. Эта мысль вновь вывернула её наизнанку, дрожью пробивая всё тело до самой макушки. Демоны ничего не делают просто так, уж точно не ради забавы. Оживить автомобиль охотников, которых в Аду ненавидят без вариантов. Зачем?
Остатки мазута, попавшие на свисающие пряди волос, было трудно отличить по цвету. Она сжимала фаянсовые края до боли в ладонях, до белизны на костяшках, проглатывая страх сквозь борьбу с сокращающимися мышцами живота. Но на этот раз желудок опустел окончательно, и лишь когда прозрачная капля то ли слезы, то ли пота, упала вниз с кончика её носа, женщина позволила себе сесть на пол, вытерев рот тыльной стороной ладони. Как и до этого, вопросов стало больше, но теперь она хотя бы поняла, что случилось. Отчасти.
- Вот дерьмо, - подвела она своеобразный итог своим умозаключениям.

Отредактировано Howler (2022-08-18 14:31:48)

Подпись автора

ЛЮКС В ПОИСКАХ НУЖНЫХ

0

8

https://kakbicross.ru/viewtopic.php?id=54#p2234

hannah
[верная соратница]

https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/65/900552.gifhttps://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/65/500050.gif
[Erica Carroll]

[indent] » supernatural
“Being on earth, working with you… I’ve felt things. Human things. Passions. Hungers. To shower, to feel water on my skin… To get closer to you.”
Наша встреча и знакомство, формально, состоялись по вине (или исконно самому коварному замыслу) Метатрона, который слепо возжелал создать ангельское, покорное войско и провозгласить себя Новым Богом. После его исчезновения на Небесах воцарился полный, непрекращающийся хаос. Обманчивым заклинанием, что выдавало из недр своих ангельский маяк, ту самую сирену, на зов которой стекались все существа небес, чтобы в последствии завербовать, заставить последовать за Метатроном или умереть от руки Гадриэля всех не покорных. Последовала и ты, словно бабочка на яркий, притягивающий свет, наивно полагая, что чарующие звуки вновь вернут тебя домой. Гадриэль перебил всех, всех тех братьев и сестёр, которые отказались проследовать за писарем Отца нашего, провозгласившим себя новым предводителем Небес. Оставили тебя лишь для того, чтобы ты смогла поведать мне историю, передать весь ужас случившегося, непрекращающегося, кровавого и нестерпимого. Что это ещё не конец. Лишь начало конца. Явился я тогда на зов самым последним, и вот не думал я, что ты попробуешь напасть так непривычно со спины, копив всё время силы в кровавых трупов тех сосудов опустевших, лишь защищаясь, всё ещё туманно думая, что участь смерти от клинка проследует и за тобой. Но отразил атаку я, как только выставила руки беззащитно пред собой, моля о своём спасении. Просто выслушай меня, прошу... Выслушав тебя и исцелив, ещё не думал я, что обрету в дальнейшем ту верную соратницу, которая одна из первых пойдёт за мной, упрямо говоря, что Лидер я, что ангельское войско, должно расправить крылья на земле лишь под моим верховным руководством. Я отрицал. Отрицал упрямо, крепко, не сомневаясь. Потому что слишком много уже испортил, увяз в собственной некогда гордыне, считая, что благими намерениями... Да оказалось, что дорога выстелена в Ад, уж далеко не в Рай, как мне когда-то доводилось верить. Но даже если мне предстоит погибнуть без благодати, я знаю, я уверен, что у меня есть ты. Этого ничто не изменит.


“I just… I worry about you.”
Я в тебе отпечатываюсь обликом свободы и смирения, бунта и покорности. Такое противоречие. Ты впервые за миллионы лет чувствуешь себя непомерно усталой, когда взваливаешь на плечи ответственность за братьев и сестер, за землю, за сонмы праведных душ в Раю. За меня, такого сбившегося с пути, не привыкшему жить, как человек, хватаясь за обрывки чужих благодатей, как за спасительный круг. Ты не понимаешь меня, даже когда пала. Не можешь понять до конца. Почему я готов жить в грязи, на земле, не вытягиваясь взглядом к небесам, лишь бы верить в своего человека. Путаешься в собственных мыслях, теряешься. Разве у ангелов может быть сердце, Ханна? Ты готова остатки крыльев сложить ради меня, гордо заявляя, что молчание – золото, а смирение – дар тому от Отца. Знаешь ведь, что мудрость свою ищу я среди названной, мирской «семьи», но ты не смирилась, руки мои израненные лечишь, остатками собственных сил, не желая сложить оружие без боя. Кажется, ты готова умереть за меня, пока я всё ещё так ревностно борюсь за двух знаменитых охотников. Кажется, мне ещё предстоит слишком много времени, чтобы осознать, как близко ты была ко мне, пока я в свете утренний звезды был так далек.
P.S.
Если Вы прочитали всё это нескончаемое полотно, то это значит, что Вы обладаете ангельским терпением и Вам это будет действительно интересно. Я умею в стекло и я хочу в стекло. Заявка не в банальную пару, ну правда, я туповат, как простой, шланг в бежевом плаще. Давайте в драму, почему нет? Заявка для духовности, той самой гармонии, опоры и поддержки, которой так не хватает Кастиэлю. Пускай мы играем по пятому, но это не повод ограничиться персонажами и не играть что-то в будущем тоже, вспоминая десятый сезон и проделки Метатрона, например. Потому что никто не говорил, что будет легко. Ханну показали мало, показали эпизодически, но мне этого хватило, чтобы собраться с силами и написать заявку. Она же прекрасна как тысяча рассветов, постоянно ищет Кастиэлю оправдания и пытается быть рядом, смотреть в одном направлении, верить за него, верить в него, верить вместе с ним, несмотря на то, что не разделяет до конца его слепой веры в человечество и Винчестеров. Ей симпатизирует Кастиэль. Не сразу. Это ощущение приходит, когда за спиной чувствуется жжение обгоревших после падения крыльев. Когда она приходит, чтобы спасти, чтобы помочь запутавшемуся некогда Лидеру, который сам не считает себя таковым. Ей хочется быть рядом даже несмотря на то, что мятежный ангел занят другими проблемами  и, кажется, рассматривает её только в качестве сестры по духу в это нелегкое время Метапрозы. Приходите, давайте отыграем вектор от непонимания, до потепления, до той капели, которая обязательно зажурчит, если я всё-таки выживу. Если выживет Ханна, в очередной раз не пожертвовав собой ради меня. Я очень коммуникабельный ангел, который будет рад обсудить детали заявки с заинтересовавшимся лицом в личных сообщениях. От Вас желание играть, знание персонажа, ангельской модели поведения и мудрости, умение писать красиво, грамотно и стабильный онлайн в плане посещаемости проекта. В свою очередь обещаю снабдить графикой, стеклом в постах, буду упрямо отрицать все Ваши наказы и советы тупить нещадно в каких-то неуклюжих намеках, но стану другом, защитником, когда придёт время и тем, кто достоин жизни, потухая истерзанным светом на осколках собственных крыльев. Ты веришь, что я ещё спасу... Не Рай. Рай погублю окончательно. Тебя спасу, запутавшуюся и сбившуюся с пути. И людей. Которые казались тебе такими мелкими, ничего не значащими творениями Отца, а теперь... Что скажешь теперь, Ханаэль?

пример поста;

Вы можете не верить в ангелов, но ангелы верят в вас.

Потешно было наблюдать, как освещённое лицо охотника напротив, вновь искажается испугом, напряжением и любопытством. Дин лицезреть способен лишь очертание того, что крыльями зовётся. На деле всё это в масштабах не посильных человечеству, огромных до неуклюжести и мощных до гулких, почти пружинистых раскатов грома. Когда подсветка гаснет, позволяя вновь ангару погрузиться в тёплый, едва ли не осязаемый мрак, я вновь склоняю голову чуть в бок, смотря на человека пред собой с особым, выраженным здесь контрастом. Впервые на Земле я с особой миссией от Господа, но здесь стоящее творение его мне не понятно в корне, в той самой установке, которую, ведь как по нам, Отец обязан прописать у них был на подкорке. Вопрос верования встал меж нами плотно, отобразившись на лице моём с вопросом. И я как небожитель отродясь не мог подумать, что это вот слепленное по образу с подобием Его... Уверовать не в силах. Человеку свойственно верить в Высшую Силу, так как эта вера облегчает ему жизнь. Ведь нередко, в проблемах мирской суеты, они, такие вот слабые, немощные, несовершенные, стремительно обращаются к Всевышнему за советом, и часто им становится легче от этого. Тогда во что верит сам Дин, пропитанный от кончиков ушей до пят своим порочным, неприкрытым скептицизмом? В себя? Но каково такое бремя на плечи смертные взвалить? Не давит ли оно ему на душу, терзая днём и ночью напролёт? Молчание продлилось отродясь не долго. Охотник насытившись негласным доказательством того, что ангел я и жить во правду должен на небесах, вопросы задавать отчасти перестал. Сменилась тактика ведения переговоров и я прислушался к сосуду своему: отчасти, Джимми чувствовал меня и благодать мою внутри, а иногда пытался как-то молчаливо подсказки дать, советы и я опускаю взгляд свой вниз, смотрю под ноги, и мне опять же непонятно, что должен значить этот жест? Так люди выражают свою неловкость за содеянное? Иль отведённый взор, возможно, символизирует передышку? Винчестер всё-таки упрямо, но в ангелов поверил. Хотя бы взять его жизненную практику в борьбе со всем, что сверхъестественный порядок носит. Я тот кто с лёгкостью ловушки демонские обошёл, не дрогнув под рукой с клинком и обрезом. Я тот кто схватил его и вытащил из бездны, не дав исчезнуть там навеки вечные. За это получаю долю формулировки слова, что образом таким меняет мыслей суть мою. Каков я ангел если медиум ослепла? Глаза сосуда изучающие микроскопические трещины вокруг вновь поднимаются, а залёгшая морщинка дум на лбу постепенно разглаживается, как только сам ответ находится сполна.
— Я её предупреждал, не надо меня выслеживать. — пред тем как божие дитя, которому даровано умение общаться с потусторонним добралось до сути моего начального, невероятно мощного естества, ослепнув окончательно и бесповоротно, было бережно информировано о том, что сие любопытство ни к чему хорошему не приведёт и стоило бы повернуть назад, но человеческое безверие так же прямолинейно как и упрямость, идущая буквально тараном вперёд, не видя никакие преграды и предостережения перед собой. Ведь знаю я, что сущность бестелесной формы с таким огромнейшим запасом сил, способна уничтожить, выжечь органы зрения дотла, лишив раз и навсегда такой великолепной, продуманной Отцом, способности видеть свет, наслаждаться зеленью травы, синевой небес. Знакомы ангелам ведь всем, насколько создания творца слабы, беспомощны, и ограничены. Однако, спасённый отрок со дна Адовых жаровень всё-таки был уникален в мышлении своём. Поверить, может быть, поверил, но застыдить меня пытался всеми силами как мог, ведя беседу в русло той, что вывела его на имена мои. Иначе я не знаю, как можно трактовать подсказки Джимми, который опустил глаза вместе со мной, неловко наблюдая за настилом здешнего ангара. К чему вопрос подобной формы? Охотник всё ещё не верит? Или открыто подводит меня к тому, что я ничем не хуже адского отребья, что демонами себя зовут уже давно? Вновь я встречаюсь с ним глазами, незаметно для себя сделав шаг вперёд, оторвавшись наконец от той литературы, что взял с собой сей храбрый воин на Земле.
— Мой лик нестерпим для человеческого взора, так же как и голос для Вашего слуха. — губами сухими молвлю истину простую, давая мысли ход и скорость. Дин озадачен ведь не только сейчас, не только в самый миг тот, когда оружие его, имевшее когда-то силу, вдруг стало бесполезным. За ним приглядывал я с самого начала миссии. Когда он выбрался из могилы и выдвинулся в сторону цивилизации, утопая в бесконечном круговороте простых, предельно ясных вопросов о том, кто же способен на такое: вытащить из Ада, восстановить телесную оболочку едва ли не по частицам и по крупицам, вновь дав возможность дышать, наслаждаться молодостью лет. И чувства радости тогда я в нём не ощущал. Лишь горечь паники и страха. Ведь младший брат всё время без него ведь как-то... был? Пришлось немного мне его проверить на заправке, явившись без сосуда своего. Но звук мой и присутствие для Дина лишь губительными стали и чтобы не лишить его вновь слуха, а так же не заставив стать слепым, я всё же растворился до момента, когда призвать меня готов он будет для прямой беседы и знакомства. И вот я тут, стою и наблюдаю, впитав в себя весь спектр человеческих эмоций. Моя эмпатия работает сполна, давая мне подсказки, позволяя мыслить немного наперёд того, кто просто не осмеливается задать вопросы разом все, вкушая истину по зёрнам в корне видя суть. И любопытство я его ещё сдержу, давая лишь ответ на то, что знать ему положено. Верить в ангелов и Отца нашего, не имея на то доказательств со стороны, не является признаком исключительности человека. Творение достаточно убедительно и чудесно, нет необходимости в дополнительных чудесах, чтобы поверить в наши способности и всеобъемлемость. Вера в Отца есть вера в справедливость. Без веры нельзя. Каждый верит хоть во что-то. Верит даже эгоист — в себя. И теперь необходимо было лишь время, когда охотник начнёт беспрекословно верить в существование высших сил, способных даровать ему не только жизнь, но и работёнку. И об этом Дин Винчестер обязательно узнает, я прослежу.

Подпись автора

ЛЮКС В ПОИСКАХ НУЖНЫХ

0

9

неактуально;

https://kakbicross.ru/viewtopic.php?id=54#p120

clint barton
[мститель]

https://64.media.tumblr.com/65917594c22d3de418ec3a8ff85ef1b2/ef04bad7c52f1940-10/s540x810/4fb347fd37d42f396bf5ecce87a1517995b9978e.gifv
[jeremy renner]

[indent] » marvel

#protectivedad #ornot

На чистоту: адекватности у тебя, Клинт, побольше, чем у всех Мстителей вместе взятых. Иногда кажется, что ты единственный можешь послать всех к чертовой матери и уйти жить свою здоровую, нетоксичную жизнь, в окружении семьи. Экономия на психотерапевте, конечно, колоссальная.

Все мечутся, ворошат то свое прошлое, то свое будущее, вспоминают старых знакомых из детства, пытаются справиться со своими талантами. Тебе же нормально.
Знаешь, когда именно таким людям, как ты, срывает крышу — это жутче всего.


Клинт, тебя очень хочет барон Земо на сюжет. У него даже есть идеи, как вписаться в совместное прошлое, если захочешь. А я очень хочу на альтернативу.

Нам обоим не принципиально, будешь ли ты учитывать историю сериала "Соколиного глаза" или вообще пойдешь по комиксам. К тому же, я слышал, запись в Гидру открыта семь дней в неделю без обеда и праздников.

пример поста;

я — воскресение и жизнь. тот, кто верит в Меня, если и умрет — оживет,
а кто живет и верит в Меня, тот никогда не умрет.
ты этому веришь?

                                   от Иоанна, глава 11.




Иногда я, потерявшись в разрозненной веренице дней, думаю: "Что сейчас с Хайке? Где она и как себя чувствует?" А потом резко, ледяным вздохом, вспоминаю, что с Хайке — ничего, что она мертва. Ее тонкие холодные руки лежат на бескровной груди, она сонно откинулась в самом лучшем и изящном гробу, который могли сделать в Сербии. Она замолчала и больше не смеется.
Сегодня я помогаю ей выбраться. Протягиваю к ней металлические пальцы, чтобы Хайке было сподручнее опереться на мою руку, и черчу ей на лбу тетраграмматон из своих личных букв. Я заговариваю ее ласково, как больного ребенка, потому что иногда она, ее нежная, переливчатая тень в памяти Земо, кажется мне важнее всех прочих его внутренних образов.
Я вдыхаю ей в вены — ледяной зимний ветер, и она открывает глаза.

Иногда мне кажется, что я помню ее маленькой. Она жила тогда с ним по соседству. Непоседливая, невыносимая девчонка. Хайке всегда была первой, самой шумной, самой быстрой, самой извалявшейся в грязи.
Когда она орала на всю улицу: "Гельмут, выходи," — ее маленькие, требовательные легкие прогоняли через себя, казалось, весь воздух Заковии в один глоток. Когда ей хотелось его внимания, она тащила будущего барона в страшные места, вроде ведьминого пруда или заброшенного дома, или подкладывала ему в постель холодных живых лягушек семь дней подряд.
У нее постоянно были разбиты либо коленки, либо нос, и лохматая грива золотых волос маревом подрагивала на солнце.
Хайке всегда умела жить. Когда ее семья решила переехать обратно в Зальцбург, она зашла к Земо, непривычно серьезная, но привычно упрямая:
— Когда я стану взрослая, я вернусь. И ты должен меня дождаться, иначе... — она провела тогда большим пальцем по шее, думаю, это мало походило на просьбу. Скорее — на требование. Я боюсь представить, что было бы с Земо, не дождись он ее.

Я вывожу ее, босоногую и прекрасную, на кладбищенскую мокрую землю, и она на меня смотрит разорванными по весне, полноводьем, льдинами, ледяными горными ручьями, вскрывающейся Невой. Я сам люблю ее, люблю отзвук ее мыслей — в чужих словах, ее художественный вкус — в чужом выборе картин, ее книги — на полке в моей комнате. Я знаю ее почерк, потому что я часто закладываю пальцем те страницы, которые закладывала она, пока искала карандаш для пометок. Я знаю, как она пахнет. Я заговариваю древние буквы на ее лбу, и она остро улыбается, даже сквозь ледяное окошко смерти. Иногда мне кажется, что она бы поняла меня.
Поняла бы меня во многом.
И в первую очередь, конечно, в моем отношении к Земо.




Иногда Гельмута нет сутками. Хайке уже привыкла, потому что ей определенно есть чем заняться. Муж всегда возвращается, пытаясь бесшумно скользнуть в ванную, чтобы смыть с рук ложь, смерть и страшные государственные секреты, а ее это только веселит.
Ей всегда хочется сказать что-то вроде "я знала, дурачок, что выхожу не за пастыря". Но все как-то не к месту, да не к месту. А потом все как-то завертелось, да и что уж там.
Хайке нравится ловить его на пороге, торопливо втираться в расстегнутый форменный китель или между пуговиц военной куртки, вдыхая его усталость. Она расстегивает массивную пряжку его ремня и говорит: "У тебя пять часов на сон, жизнь слишком коротка, дорогой, чтобы ты дрых без задних ног сутками," — и будит его, конечно, через четыре сорок пять. Она захлебывается, энергично жестикулируя, пока он пытается в принципе сообразить, где он и как его зовут. А Хайке уже прижимается лбом к его сонному лбу, напирает: "В с т а в а й. Срочно. В с т а в а й".

Хайке торопится жить, быть везде, посмотреть — все. Возможно, она что-то знает, возможно, она слышит, как в ее собственном, коротком, ярком сне, кто-то шепчет ледяными губами какие-то русские слова. Она убеждает Гельмута, что ей снится черный человек с белой рукой, в окружении красных звезд. Один раз она все-таки запоминает этот рубленный набор звуков, отдаленно похожий на сербский, складывает их в словаре — в слова: "Надо торопиться, Хайке, времени не так много".
И она торопится, не суетливо — весело, жадно. Она работает — как не в себя, успевает заниматься живописью, читает, она втягивает Гельмута — в это утонченное, яркое общество. И на все те отпуска, которые он планирует провести спокойно, в родовом поместье, она берет билеты на двоих в другие страны. Показывает ему картины. Показывает ему жизнь. Война — это не все, есть что-то выше, что-то больше, что-то важнее. Она в каждом городе оставляет крошечную частичку своего сердца, словно пытаясь таким образом задержаться в этом мире на вечность.
Иногда ей хочется орать, как прекрасно, больно, радостно, важно — жить.



— Гельмут, — она громко шепчет, настойчиво распахивая шторы. Земо вернулся ночью, и, видимо, был настолько уставшим, что завалился спать на изящный, обитый синим бархатом, диван в гостиной прямо в форме.
Она на пробу кидает в мужа смятую быстрой рукой кружевную салфетку. Со временем, его военные рефлексы обострились, и подкрадываться к нему, особенно спросонья, стало делом не таким веселым, как в детстве.
Хайке достает карманные часы и сверяется. Она решает, что, если Гельмут не откроет глаза через три минуты, она пойдет в кабинет за водостойким маркером, и нарисует ему на лице усы. Или еще что похлеще.
— Гельмут, хватит спать, — она шепчет еще громче. Ее распирает от необходимости выдернуть Земо обратно в этот мир, впечатать его в невыносимую яркость жизни. Она качается на носках, а потом торопливо срывается в кухню, сделать им обоим по чашечке кофе. Хайке может поджечь даже воду, и ее кофе на вкус похож — на нефтеотходы, но ее ничего не смущает.
— ГЕЛЬМУТ.

Отредактировано Howler (2022-08-18 14:32:02)

Подпись автора

ЛЮКС В ПОИСКАХ НУЖНЫХ

0

10

https://kakbicross.ru/viewtopic.php?id= … p=2#p12575

jun wu
[небесный владыка, белое бедствие, однажды психанул и вся поднебесная разгребает до сих пор]

https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/94/533367.png
[[на ваш вкус]

[indent] » tian guan ci fu
наследный принц, надежда своего народа. небожитель, что вознесся совсем юным, проторив дорогу на небеса своим друзьям. тот, кто любил свою страну и заботился о своих людях, кто всегда мечтал их защитить. тот, чья вера в людей оказалась сильнее, чем их вера - в него.
это о тебе или обо мне? никто, даже я сам не смог бы догадаться. одна и та же история с разрывом в две тысячи лет.
но дальше мы пошли разными путями, и хотя в результате я оказался в грязи, а ты - на троне, я все еще считаю, что именно мой выбор был верным. а ты уверен в своем? если да, почему тратил столько сил, чтобы доказать свою правоту?

давай, эта история не закончится с твоим низвержением. не верю, что все две тысячи лет, пока был у власти, ты лишь строил козни, не делая ничего полезного людям и небесам - а значит не только белое бедствие, но и небесного императора цзюн у еще вспомнят не раз. нашей новой встречи я желаю не больше, чем гибели мира, но если она неизбежна, то кто знает, может, я смогу услышать истинную историю принца уюн. а ты, может быть, ты вспомнишь, каково это, быть человеком?


никому не интересно сидеть под горой и вечно флексить флэшбэчить, так что как насчет того, чтобы продолжить линию постканона? вариантов чем заняться масса: теряй силы (у нас тут на это тренд), не теряй силы, а наоборот отвоевывай свой трон назад, или становись на путь искупления и постарайся примириться со своим прошлым и настоящим, а может только сделай такой вид?
нас уже много и мы хотим все бедствия в команду! поэтому будет замечательно, если ты будешь открыт к общению и хочешь гореть вместе с нами. пиши как хочешь, так часто, чтобы хотя бы не отлететь за неактив. игра на форуме доступна для просмотра, так что как кто из нас пишет можно ознакомиться.
очень здорово если параллельно у тебя нет 5+ ролей, ну потому что все равно внимание распыляется. перед анкетой можно зарегистрироваться и заглянуть в фэндомную тему, на нас посмотреть, себя показать. мы все разные, но уживаемся, так что и тебя осилим: приходи шатать небесную столицу или проходить курс психотерапии

пример поста;

на форуме уже есть

Подпись автора

ЛЮКС В ПОИСКАХ НУЖНЫХ

0

11

неактуально;

https://kakbicross.ru/viewtopic.php?id=54&p=2#p19182

richard o'connell
[авантюрист]

https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/167/t249504.gif https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/167/t980790.gif
[brendan fraser]

[indent] » the mummy
Я незнакомец с Запада, и я тот, кого ты ищешь.
- Сын американки и неизвестного меджая, воспитывавшийся в приюте Каира после смерти матери.
- Прошедшее преимущественно на улицах Каира детство заложило определенный фундамент - ловкий и хитрый мальчонка вырос в предприимчивого и талантливого вора и взломщика. На пару с товарищем ограбил несколько банков, после чего, спасаясь от карающей длани закона, записался во Французский иностранный легион.
- В 1923 году в составе наемнической армии принимал участие в военном конфликте в Египте на стороне Англии и Франции. В тоже время вместе с ротой оказался в осаде у стен полумистической Хамунаптры, оказавшись один из немногих выживших.
- Три года спустя едва избежал петли при помощи очаровательной Эвелин Карнахан, пообещав отвести ее Городу Мертвых, где разбуженная любопытством леди мумия чуть не отправила всех к праотцам, но в итоге всех одолел, обрел любовь и много сокровищ.


Я не умею писать заявки, поэтому просто поклянусь в вечном обожании и пообещаю показать все время и пространство, в котором еще так много неограбленных богачей, нерасхищенных гробниц, непотревоженных богов и неопустошенных погребов. Составлю компанию в игре как в сюжете вашего фандома, так и в любом безумии, которое только может прийти в голову.

пример поста;

— Рифь паруса! — крикнул Джонс, когда в окуляре подзорной трубы темная полоса суши, разграничившая море и небо, приняла конкретные очертания небольшого острова.
Острием крюка надавив на отполированный руками деревянный корпус, он собрал трубу, убирая в широкий карман длиннополого кителя и спустился с кватердека, напоследок ободряюще кивнув парнишке-рулевому.
Взяв под локоток мистера Сми, с одобрением доброго дядюшки наблюдавшего за подготовкой команды к стоянке, Крюк ненавязчиво оттащил его к укромному местечку под трапом.
— Позаботьтесь о том, чтобы первыми на берег сошли Джукс, Куиксон, Старки и этот смазливый итальяшка... как бишь его? Чекко. Сундук из моей каюты погрузить в первую очередь. И пусть остальные сидят на корабле, пока я не дам отмашку через Бена — пусть тоже отправляется с нами, — Джонс предостерегающе похлопал помощника крюком по отвороту довольно изношенного, но содержащегося в аккуратности камзола. — Я не хочу, чтобы кто-то, кроме нас, знал что на этом острове мы храним что-то ценнее контрабанды рома, кофе и табака. Подготовьте гребцов из тех, кто давно ходит с нами.
С мастерством, происходившим от большого опыта и длинной истории их знакомства, Джонс проигнорировал многозначительный и неодобрительный взгляд старпома и покинул палубу, заперевшись в капитанской каюте на засов. Уильям Сми ненавидел утаивать что-то от команды и не мог одобрять одержимости Крюка в некоторых вопросах, но понимал, что и в самом деле лучше держать экипаж в неведении о тех целях, которые на самом деле двигали Киллианом Джонсом, — для их же блага. Большинство пиратов на корабле считали его просто везучим сукиным сыном, что, в целом, было правдой, но далеко не единственной. Узнай команда о том, что капитан намерен втянуть ее в личную месть, поставив на кон не только их благополучие и богатство, но и жизни ради призрачного шанса поквитаться с убийцей любимой женщины, то уже в первом порту на борту "Веселого Роджера" не осталось бы и десятка человек. А попытка сунуться на Неверленд столь малым числом приравнивалась к самоубийству.
Джонс не спешил. Думал, планировал, собирал знания и силы. Лгал, выпытывал, убивал — не ради денег, золото было лишь средством, тем строительным материалом, которым он там упорно мостил себе дорогу в ад, готовый сигануть в пламенеющую бездну — лишь бы утянуть с собой кое-кого еще. Все это время Сми, знавший историю Джонса от начала до конца, проявлял чудеса дипломатии, поддерживая между капитаном и командой добрые, взаимовыгодные отношения. Вздыхал, качал головой, неодобрительно поджимал губы, изредка предпринимая попытки отговорить Крюка от его затеи в краткие периоды его душевного просветления. Но ни разу не сказал Киллиану "нет".
Признаться, Джонс не знал, что сделал бы с Уильямом, откажись тот и дальше участвовать в его интригах. Может быть, отпустил бы с Богом.
А может — прирезал.
Джонс задумчиво огладил пальцами короткую бородку, прислонившись спиной к двери каюты, и обвел ее задумчивым взглядом, прикидывая, не забыл ли чего. Скинул китель, бросив тот на огромный сундук у окна, сложил расправленную на столе и придавленную по углам чернильницей и  циркулем старинную карту, пергамент которой истрепался до такой степени, что больше напоминал обрывок ветоши, и убрал ее в плоский кожаный футляр, спрятав тот на груди за пазухой. Еще раз огляделся и запер за собой дверь на ключ.
Не то чтобы он не доверял команде... просто Джонс никому не доверял.
— Джентельмены! — крикнул Килииан, привлекая к себе внимание экипажа. — Все мы хорошо потрудились эти месяцы и скоро вас ждет добрый отдых на Тортуге, а сегодня вечером мы устроим славную пирушку на этом гостеприимном острове! Мы с господами отправимся вперед и все как следует приготовим для вашего прибытия, а пока у меня для вас один приказ!
Люди притихли, не зная, радоваться или же еще рановато будет, уставившись на капитана полусотней настороженных, выжидательных взглядов. Киллиан выдержал эффектную паузу и оскалился в широкой улыбке:
— Отдыхать! Мистер Сми, выдайте людям рому!
Джонс успел как раз к тому моменту, когда заскрипели тали, опускавшие шлюпку на воду. Еще несколько минут ушло на то, чтобы спустить в нее остатки груза. Как только Крюк занял место на кормовой банке, гребцы оттолкнулись веслами от влажно поблескивающего борта корабля и дружно на них налегли. Вспотевшую под кителем спину теперь приятно обдавало легким бризом, лодчонка быстро скользила, легко покачиваясь на мелких волнах, рассыпая вокруг жемчуг срывающихся с ритмично взлетающих и опускающихся весельных лопастей. Даже как-то сердце немного отпустило от такой идиллии.
Но стоило только шлюпке ткнуться носом в песчаный берег, как Джонса кольнуло ощущение какой-то неправильности. Лишь через пару мгновений — уж слишком неожиданным отказалось открытие, так что до сознания дошло не сразу — он понял, что его насторожило.
Следы.
Человеческие, почти у самой кромки берега там, где он переходил в пальмовую рощу с веселенькими зелеными островками тщедушной, растущей на скудной просоленной почве травки.
— Это что еще за...
Чекко, пока остальные вытаскивали шлюпку на берег, прошелся вдоль цепочки следов, приставил свою босую ступню, сравнивая размер и пытаясь прикинуть рост и вес чужака. Джонс вытащил пистолет из-за пояса портупеи, обгоняя Чекко и идя точно по следам. Судя по оставленным на песке отпечаткам, иногда пропадавшим из-за дотянувшихся до них волн, но тут же появлявшимся снова, оставивший их тип был то ли изрядно пьян, то ли пританцовывал на бегу. Крюк затруднялся представить себе причины, по которым попавший на необитаемый остров человек станет плясать, разве что успел уже сбрендить от жажды, так что...
— Вот ублюдок! — Джонс скрипнул зубами, глядя на как следует притоптанный пятачок земли, от которого разбегались несколько цепочек следов. — Найдите мне этого везунчика. Быстро!
Пираты порскнули в разные стороны, сам же он направился прямо к давненько уже устроенному на острове схрону, о котором знали только сам Джонс да несколько парней из команды. Песок был разбросан, люк бесцеремонно откинут, а из глубин укрепленного досками погребка доносилось позвякивание бутылок, сосредоточенное пыхтение и неразборчивое бормотание.
Крюк встал над темнеющим ходом, загораживая свет солнца, и взвел курок пистолета, направив дуло в спину "островитянина". Щелчок механизма оказался внезапно громким и резким, как треснувшая под ногой ветка.
— Руки вверх. Медленно, так, чтобы я видел. И вылезай. Не хочу видеть твои мозги на своем добре.

Отредактировано Howler (2022-09-21 19:58:00)

Подпись автора

ЛЮКС В ПОИСКАХ НУЖНЫХ

0

12

https://kakbicross.ru/viewtopic.php?id=54#p9067

rosaria
[соборная сестра, пьяница, бэтгёрл монда, коллега по грязным делам]

https://c.tenor.com/611iagiBPgUAAAAd/rosaria.gif
[original]

[indent] » genshin impact
Если кто и повидал некоторого дерьма, так это сестра Розария; ещё до того, как стала сестрой. Отчасти потому сестрой и стала, что дерьмо повидала, но да это, наверное, не суть.

Её нельзя винить за равнодушие или циничность, за далёкую от нежности натуру и бытие, так сказать, немного мёртвой внутри - жизнь такая, очень располагает. У Розарии имеется список вещей и людей, которые ей важны и за которых она переживает, однако это не то, что будет озвучено ею вслух. Она вообще не из самых разговорчивых, но одна из наиболее ни то проницательных, ни то внимательных людей в вашем окружении. Потому что привычка, потому что это ей ничего не стоит, потому что жизнь многому научила; в конце-то концов, слушать и смотреть - это нередко залог предотвращения проблемы, чтобы говорили и не смотрели другие после. Человек как действия, так и бездействия, вполне понимающая, на что способна, на что нет, куда стоит влезать, и где будет полезна.

Меньше всего на свете ассоциируется с религиозной сестрой, и это, конечно же, вполне оправдано. Во что-то Розария, впрочем, да верит. Просто так сложилось, что чёрную работу кому-то выполнять надо, дабы остальное блестело да не бросало тень на что не следует. Если видит в том смысл и отдушину, то чем не служба богам? Даже если не во имя них как таковых. Пока люди, важные для неё, счастливы, Розария спокойна. Себя же можно выражать через едкие замечания, черновую работу и, конечно же, бутылку. И если с главным пьяницей Монда всё понятно, то главная пьяница, пожалуй, канонично причастна к церкви: есть в этом что-то традиционное, как на крути. А остальное... Что же, секреты, как и молчание, Розария хранить умеет, особенно собственные. Не зря, в конце-то концов, по духу она максимально близка Кэйе, несмотря на кардинально отличное внешне выражение. Нутро не изменишь.


Мне бы хотелось быть вполне себе едкими, но эффективными партнёрами: по чёрным делам, по борьбе с очень злачной стороной Монда и его врагами; полагаю, Розария - это один из тех немногих людей, кто может быть в курсе допросов с пристрастием, что устраивает Кэйя, не осуждает за них, и даже способна сопровождать по мере необходимости, потому что... ну, жизнь такая, не так ли? Кроме дерьма ничего не обещали, так пускай хоть с пользой. И нет, я конечно же не прошу быть капитанским психологом, но... ну... ладно?... Собутыльником, вот. Пожалуйста, умоляю. С Венти валяться под  дверями таверны, конечно, ок, но он же ветер - сегодня есть, завтра нет, а хочется стабильности в таких отношениях, дно бутылки дело требовательное. И вообще, мне кажется Розария и Кэйя прекрасны в плане вместе тусить, потому что черти, красота ненаглядная и ойвсёнупосмотрите. А ещё давайте Розария будет тоже заботиться о Джин, а? Это у нас тут хобби такое, не дать новоиспеченному магистру досрочно отойти в мир иной или в дурку. А за яд ни я, ни Дилюк не обидимся, потому что весело. Важно: будет круто, если вы захотите найти Барбару и развивать Мондовскую ветку, просто потому что.
Пишите от 3 лица не по посту в месяц, делайте это достаточно грамотно, цените чернуху и всё - большего не надо. По всем вопросам пишите, договоритмся.

Не буду шутить про тройнички, но какие вайбы, ай какие, грех не юзать.
пример поста;

Было ли страшно? Ху'ИнТау не знал; уже терялся различать страх и не-страх. Просто... просто сейчас всё было по-другому. Не так, как в повторявшейся из раза в раз бесконечности, и что делать... Если честно, мальчишка не знал. Пускай его и готовили как могли, пускай разумом и пережитым уже давно не был ребёнком, коим оставался из-за игры Бездны, будь она неладна.

Он не видел дождя; не то чтобы никогда, но когда видел - уже забыл. В сражениях и побегах таковой если и бывал, то принц не помнил: слишком занят был другими делами. Выживанием; своим и отцовским. Не упускать из виду и не терять последнее родное и знакомое, учиться и учить. Переживать из раза в раз. Переставать задаваться вопросом, кто был кем до того, как обернуться... этим; и не слушать, что они говорили, даже если со временем - на чёрт пойми каком кругу - начал понимать, что значили эти преображённые звуки когда-то родного языка.

Он не видел монстров. Если честно, вообще никого не видел, и это вызывало почти панику.

Ему хватило того, что воздух тут был иным; дышалось иначе. Ему хватило того, что даже несмотря на облака тут словно было бы светло, словно бы за ними что-то имелось. Ему хватило того, что сказал и как повёл себя отец, пораженный и начавший увядать здесь еще более заметно, чем в Бездне. С излишком стало того, что отец отсюда испарился, оставив мальчишку в мире, не переполненном ни магией, ни монстрами, ни тьмой, ни бесконечной, безостановочной борьбой за выживание. И сколько бы его, наследника того, что по словам Императора когда-то получит шанс благодаря своему уникальному, избранному наследнику, последней надежде, готовили к этой разлуке... Чёрт подери, это всё-таки являлось страхом, да?

Мальчишка совершенно растерян. Это не привычный ему мир, это слишком далёкие отголоски жизни, о которой успел подзабыть. Что делать, куда идти, с чего начать и... что вообще жалкий мальчишка способен сделать?

Он укрывался в каком-то старом сарае, периодически потирая перевязанный глаз: тот отчего-то пульсировал и вредничал сильнее обычного, вводя в ещё больший ступор и практически выступая панику. А может даже хуже того.

Ху'ИнТау был настолько растерян, настолько вне уюта и того, что для него стало нормой и привычкой, что все его рефлексы разом не сработали, когда оказался обнаружен неким статным рыжим мужчиной. Тот что-то спрашивал, говорил, уточнял, а мальчишка... Чёрт подери, едва ли что-то разбирал. В памяти невольно всплывали обрывки из речи матери, знакомыми вкраплениями, коих, впрочем, недостаточно для понимания; матери не стало слишком давно, ещё до вечности, и  Мокью не в состоянии вспомнить. Он слишком растерян и слишком поражен встретить человека.

Ч е л о в е к а .

Не стал отнекиваться или сопротивляться, когда ему предложили, кажется, помощь, сняв большую накидку и устроив поверх его - оказывается - промокших плеч, а после уведя в какую-то конструкцию на колёсах. У Ху'ИнТау не имелось причин не идти; у него, кажется, теперь не имелось вообще ничего во всём белом свете. Потому и пошёл. Это не монстр. Как отец и говорил. С остальным разберётся; теперь не имелось иного выбора. Мальчишке не привыкать, что иначе бывает он просто забыл.

Мужчина привёл его в какой-то особняк, окруженный витиеватыми растениями, и провёл вовнутрь, дав какие-то распоряжения разодетой женщине. Не монстр. Опять.

Принц молчал, разве что хлопая ярко-синим, словно бы заключавшим в себе целый калейдоскоп кристаллов глазом, внимая, наблюдая, слушая. Пытался разобраться, пытался успокоить часто и громко стучавшее сердце. Иногда кивал, а несколько раз даже что-то ответил: так и то, что знал на своём языке, на языке монстром, на остатках того, что осталось от матери и чьи слова пытался напоминать отец, говоря, что принцу надо запомнить, это пригодится.

Мужчина попытался вновь что-то расспросить, но в ответ получил очередное: "КаэЙа. Дрянс у... Я. КаэЙа. Я." После же куда-то удалился, то ли устав, то ли занявшись делами, то ли еще что. К тому моменту женщина принесла мальчишке сухую одежду, с откровенным любопытством его рассматривая (что взаимно). Привыкший же всё улавливать (иначе не выжить) слух обратил внимание на шум за дверью комнаты. Там сначала был голос того мужчины и кого-то ещё, а после шевеление за дверью. Ещё несколько минут и женщина ушла, а мальчишка так и остался сидеть на мягком диване, ещё не высохший и замотанный в покрывало. Мягкое.

Подпись автора

ЛЮКС В ПОИСКАХ НУЖНЫХ

0

13

https://kakbicross.ru/viewtopic.php?id=54#p4838

shi wudu
[повелитель вод, водяной самодур и старший брат]

https://i.imgur.com/fULrb8o.png
[mb denis dang? не осуждайте за блонд]

[indent] » tian guan ci fu


было бы лучше, если бы мой несчастливый рок касался только меня, верно? но так вышло, что и наша семья, и ты сам оказались втянуты в него. ты никогда не отворачивался от меня, может, даже не думал, что лучше бы мне не рождаться вовсе. с раннего детства до самого конца я был под твоей защитой и ответственностью. мой старший брат поистине тот, кем нельзя не восхититься - упорный в своем духовном развитии, в конце концов, ты стал божеством. чтобы спасти меня, заставить божка-пустослова исчезнуть из наших жизней.

и ты сделал это.

ты сказал, что никогда ничего не просил у судьбы и сам творил ее, но можно ли построить счастье на чужих костях, чужом горе? тем не менее, многие, очень многие десятки лет так и было. я знаю, что ты действовал из глубокой любви, но никогда не смогу понять или принять. и мой брат, знающий все про меня, знал и это - поэтому зарыл тайну моего вознесения как божества так глубоко, как только сумел. позволив вкушать жизнь без страха ожидания нового злобного предсказания, без чувства всепоглощающей вины.

ты всегда знал, как лучше; так ты думал, когда смыкал пальцы на моей шее? что защищаешь, в самый последний раз?

чтобы ты ни сотворил, я все равно буду скучать по тебе, и помнить, каким был мой гэ.

не волнуйся обо мне, знаешь, жизнь прокаженного бродяги не так уж и плоха! правда - я наловчился. мне даже нравится. конечно, хорошо бы всегда есть досыта и чтобы голова не чесалась... и красивые наряды, да, но в конечном счете это не так важно. меня окружают хорошие люди, гэ, и я нужен им, знаешь, может, как ты был нужен мне.

вряд ли бы тебя это убедило, но я хотел, чтобы ты знал.


я хочу побыть нищим, а ты мне не позволишь, так что я тебя убил, прости; ну а если серьезно, я не смог придумать достаточно убедительной развязки, которая бы не включала твою смерть, но предлагаю послать мосян и ее слова, что небожитель после смерти не может переродиться, к... демонам.
так что возвращайся. у нас есть что затронуть и из детства, и из жизни небожителей, и времени после. будет все по классике: мне не нравятся твои друзья, тебе - мои, а еще надо как-то разбираться с этим клубком противоречивых эмоций.
хочется в данный момент поиграть на серьезных щах сложные и не очень темы, но там в будущем модерны/аушки/etc тоже прилагаются.
все говорят что самое сложное придумать лз, но я уже тебе с этим помог! а ты стоишь на берегу в синем платье и очень стыдно признавать что мы братья
касаемо игры: моя постовая активность нестабильна, лапслок в постах не использую, это тут очень эстетично ✨✨ плюс не хочется чтобы все в касте сидели по своим углам, поэтому рассчитываю на долю активности и заинтересованности не только ко мне. ты пиши как хочешь, так часто, чтобы хотя бы не отлететь за неактив, будет очень здорово если параллельно нет 5+ ролей, ну потому что все равно внимание распыляется, А Я ЛЮБЛЮ ВНИМАНИЕ~ предлагаю перед анкетой зарегистрироваться, обменяться постами-планами и в целом проверить подходим ли мы друг другу

пример поста;

добавлю потом свежее-

Подпись автора

ЛЮКС В ПОИСКАХ НУЖНЫХ

0

14

неактуально;

https://kakbicross.ru/viewtopic.php?id=54&p=2#p15692

aether & lumine
[путешественники, бежавшие от войны]

https://media.tumblr.com/7357d565e30425542146be254b466196/369a349aaa576b0a-53/s1280x1920/392f177210ac0a28962ee5d5bc4d9e932c38af1c.jpg
[originals]

[indent] » genshin impact
по вам не скажешь, что вы старше и опытнее большинства здешних божков, не правда ли? даже удивительно, что в бесконечности времени и своих странствий вы так и не стали безразличны к миру, сохранив свои души, характеры и живость сердец. не отказываете в помощи, не отказываетесь от познания, не делите мир на чёрное и белое с порога. потому ли это, что вы сами знаете -  никогда не забудете - ужасы войны и утраты, умея ценить и сохранять тепло? потому ли, что если потеряете свою человечность и живость, если станете черствы и безразличны, то не сможете найти ответов на свои собственные вопросы? о доме, о его спасении, об альтернативах; в конце-то концов, нет ни единого справедливого мира, как и нет возможности всех спасти. однако кого-то - можно; попытка может оказаться удачной, раз за разом, одна из ста - окажется. ведь есть вещи, что не стоит познавать никому, а тем, кто их познал, следует делать лишь одно - предотвращать. на грабли наступать всегда успеется.

если очередной мир оказался сложнее и неоднозначнее предыдущих, если поочередный мир оказался могущественным достаточно, чтобы разделить почти-единую душу, теперь готовую порваться против друг друга в борьбе ни то за [чужое? чьё?] спасение, ни то за истину... что тогда? как тогда?


мне всё равно, какой из близнецов будет с бездной, какой нет, честно. если вы классный и заинтересованный игрок, то сможете любого подать. не буду говорить о глобальном сюжете и прочем, потому что его нет и каждый играет 100500 вариаций событий на свой манер, лад и трактовку. не горю желанием это менять. однако с обоими близнецами хотелось бы сыграть: есть в их истории что-то... знакомое кэйе. к тому же, они оба очень полезны и эффективны, а это капитан ценит крайне; как и умение вносить разнообразие в такие скучные и предсказуемые повороты. на близнеца, нашедшего отдушину-цель в бездне, у меня также отдельные планы, пускай дайна для прямой зацепки не имеется: я тут склоняюсь рыться в имперском прошлом и имею ряд сомнительных плюшек из бездны, потому будет логично, если мы пересечёмся рано или поздно; не раз; и если это выльется в наш сюжет - тоже. в моём видении кэйя не союзник бездны, возможно будет противостояние, а может и нет. было бы здорово это всё показать и нарисовать игрой, а ещё - затронуть души. потерями, утратами, внутренними выборами, долгом, связями и так далее. близнецы удивительно не мертвы внутри [на контрасте с кэйей] и умеют бороться за то, во что поверили и чем прониклись. можно сделать интересно. если вам нравится идея того, что паймон - это что-то дарковое-притворное из селестии, то давайте наяривать на это вместе; обещаю принесли лучшее вино, чтобы наяривание стало более драматичным. и приятным. ~
будьте самостоятельными, пишите классные посты, не пропадайте, развивайтесь. сказал бы, что высокий ценитель инцеста, но не моё это дело, потому играйте что угодно и как угодно, мне важно лишь то, чтобы конкретно наша игра складывалась и вкусно кормила обе стороны. за остальной каст не отвечаю, но полагаю, что и с ними найдется более чем достаточно игры.
драма, юмор, хотя бы какие-то элементы мрачности - и я ваш. хотелки и альтернативные предложения всегда выслушаю с удовольствием, на чём-то да сойдёмся; главное конкретно знайте, чего хотите, иначе продуктивного взаимодействие у нас не сложится. то фандом-то и каноничные взаимоотношения к продуктивности располагают.

пример поста;

Это уже не назвать нелепой смертью. Не совсем нелепой.
Маги Бездны - действительно опасны и более чем прозорливы. Не только для мирных жителей, но даже для подготовленных людей. Они не непобедимы, но действительно опасны. Для упорных и тренированных, уже не маленьких, но по-прежнему детей - тоже. Даже После того, как Кэйя видел убийство сотни подобных и принимал в этом участие - даже после этого. Ведь тут не Бездна, тут законы природы работали как и следовало, миром не управлял хаос, да и взрослого опытного окружения для защиты и поддержки не имелось также.

Тем не менее, жизнь дорога - будешь бороться до последнего, даже если шансы на победу практически отсутствуют. Так или иначе, их двое. Они прекрасно понимали друг друга в бою, много и часто тренировались, умели всё то, что можно уметь в их возрасте, даже больше, и было проворными, что можно рассматривать как плюс. Отличная коммуникация и понимания друг друга даже без лишних слов действительно сделали своё дело, щит оказался разрешен, а вместе с ним и половина задачи. И всё же...

"Чёрт," - на секунду-другую в голове остановились мысли, замерли реакции. Настоящее и прошлое смешалось, и лишь мелькавший рыжий хвост говорили: "Надо держаться, не теряй сейчас". Вот только кристаллы острые, их все мечом не отбить; мечи не вечны, они не ковались и не рассчитаны для подобных нагрузок. Ткань, как и тело, охотно реагируют на боль, заставляя теряться сильнее. Они - вместе или по-отдельности - объективно мало что способны сделать. Не останавливались, пытались, продолжали бороться, и Кэйя даже не думал сдаваться, нет, ни за что. Ни когда от него зависело так много, не когда у него в жизни появился тот, на кого не плевать. Не когда жизнь наконец стала разноцветной, и он научился различать цвета. Вот только мечи поломаны, тела окровавлены, защита почти бесполезна: Кэйя знал, сколько длились подобные циклы-залпы, и если этот они ещё в теории переживут... создания нового щита мальчишки не переживут, им будет просто нечем наносить удары, а тела окажется не в состоянии бежать; бежать настолько быстро, чтобы монстр от них отвязался.

Холод с одной стороны затуплял боль, однако с другой дарил новую, щипающую, заставляющую неметь и усложняющую движения ещё сильнее, чем просто травмы.

Снова чёртова бесполезность. Никакого плана. Никакого контроля.

Решение нашлось неожиданно. Вернее, вспыхнуло. Мальчишка не очень понял, что произошло, особенно с учётом слезившихся-темнивших из-за боли и напряжения глаз, собственного положения на земле и скорости развивавшихся событий, но...

Что?
Что-то.
Это было... Вау!
Про глаз сразу не подумал, потому что не сталкивался с ними толком прежде, а на его родине, как и в Бездне, они не встречались. Богов Кэйя не любил, не уважал и изучал дотошно разве что с точки зрения потенциальной угрозы да поиска ответов на свои вопросы, всё. Потому появление огня правда стало чудом. Неожиданным и уместным как никогда. Спасительным. Почти как обезболивающее, и куда лучше холода.

- Дилюк! - только и выдал на одном дыхании, ни то восторженно, ни то радостно, ни то ошеломленно. - Он мёртв, Дилюк! Он, а не мы! Ты представляешь! - хотя голос и не звучал как обычно из-за того, что телу неизменно холодно, и теперь потряхивало. Руки брата на контрасте казались горячими, словно бы тот только что как и младший не был на грани становления ледышкой.

Что-то прилило в кровь, ударило в голову. Кэйя это не способен описать, но ему дико понравилось. Наверное, из-за таково люди и становятся фанатиками сражений. Просто мальчишка пока не понимал и не улавливал это, имея в данную секунду кучу иных забот.

- Как ты...! Что это...! - перевёл дыхание, пытаясь всё поставить на место и крепко сжимая брата, насколько способен. Поспешил усесться максимально скоро, чтобы одной рукой облокотиться о землю (с оставшимся подобием травы). - Как ты его поджарил? Это было... так круто!

Отредактировано Howler (2022-09-06 11:37:47)

Подпись автора

ЛЮКС В ПОИСКАХ НУЖНЫХ

0

15

https://kakbicross.ru/viewtopic.php?id= … p=2#p27520

orochimaru
[человек (оптимистично) | отступник, учёный, Легендарный Саннин, таки чертовки хороший учитель]

http://s7.uploads.ru/L2zX4.gif http://sg.uploads.ru/XriSj.gif
[indent] » naruto
Три Легендарных Саннина, три ученика — на одного по каждому. И каждый превзошел своего учителя, так или иначе переняв что-то от. Орочимару, стало быть, мой. И я правда совру, если скажу, что ничего не перенял у него. Правда совру, если скажу, что совсем его не понимаю. Правда совру, если скажу, что со временем не становлюсь похожим, подняв ставки от жизни одного человека до выживания всего человечества. Думаете, я преувеличиваю? Нет. Саннин знает, что это так, и потому так очарован. Ведь только хороший учитель наслаждается и наблюдает за теми учениками, что превосходят его. Нам обоим это дало многое, а начиналось всё... не так.

Орочимару не отрицает, что я давно перестал быть для него просто приглянувшимся, как Итачи когда-то, сосудом. А я по-прежнему продолжаю говорить, что три года, проведенные с ним — это пустая трата времени, давшие мне недостаточно. Это маленькая ложь очень сильно похожа на нас, но важно ли оно теперь? Вещи куда сложнее и куда проще, чем кажется.

У Орочимару и Итачи — вы не поверите — имелась одна общая черта: одержимость жизнью и смертью. Только если брат интересовался тем, что находилось между двумя точками, одинаково ценными и фиксированными, второй отрицал точку Смерти как таковую, совершенно не беспокоясь о том, как проходил путь между этими обозначениями — главное не добраться до пункта назначения. Со временем, конечно, у них появилась и ещё одна общая точка — я, но это уже более сложная, запутанная и совсем неоднозначная история. Быть может, просто все гении мыслят схоже хоть в какой-то из плоскостей.

Учиха — глаза. Учиха — сила. Учиха — страх. Учиха — контроль. Получи глаза Учиха — получишь силу, страх, контроль. Простая истина, за которую члены клана поколениями убивали друг друга и за что убивали — да уважали — другие. Дар и проклятие с перевесом явно на вторую чашу, мимо которого не смог пройти и Орочимару. Шаринган лишил его  рук, причинял боль, отрезал кусок от ценнейшего — самооценки, а он всё равно был одержим ими, видя в этих глазах ответы на все вопросы мира, что лягут прекрасным покрывалом на то, что откроется за бессмертием.

Но вот Учиха не стало. Вернее, осталось лишь двое: лучший из когда бы то ни было живущих и... какой-то ещё. Забитый, одинокий, никому не нужный, потенциальная угроза, а потому находящийся под наблюдением столь же пристальным, как и ставший джинчуурики Наруто (какова ирония судьбы, Орочимару всегда находил мотивы и действия людей весьма занимательными, глупыми и хлипкими, совершенно порой нерациональными), потому менее желанный и недоступный какое-то время. Не получилось с первым раз, два, три, снова и снова, так переключился на второго, не бросая своих попыток. А закончилось оно... вот как, очередная ирония: встречей со Смертью, от которой так умело скрывался. И прощание с ней же. От одних и тех же рук. Всё от тех же глаз. Нет, в самом деле, не иронично ли? Будь осторожным со своими желаниями, ведь они временами воплощаются самым неожиданным образом. Мы оба знаем.

С Саннином мы во многом похожи, хоть и разные по своему содержанию. Его, казалось, интересовал весь мир, в то время  как мой мир — клан — был полностью уничтожен, оставив разве что нишу для ненависти и пустоты. И тем не менее, у познания и пустоты имеется общая точка соприкосновения — сила. Отсутствие границ, что на протяжении веков лимитировали силу человеческого тела, духа и разума. То, ради чего можно пойти на многое, за что впоследствии непременно осудят.

Знал ли Орочимару, что не видать ему сосуда? Возможно. Я без малейшего понятия, чем он мотивировался и как думал. Быть может, знал. Быть может, наделся да на что-то рассчитывал. Быть может, не привык сдаваться, пойдя на поводу собственного желания да недооценив ту силу, что лежала за пределами техник и знаний. А, быть может, просто получал удовольствие от нашего времени, ведь по-своему умел видеть и ценить прекрасное. Я не знаю, правда. Для меня он омерзительный, отвратительный, тошнотворный и зашедший настолько далеко, что перестал быть человеком вовсе. Во мне трудно вызвать омерзение, как и желание отвести взгляд, как и тошноту, но у Орочимару получалось из раза в раз вызывать во мне такую реакцию. Насколько сильно это повлияло на меня и насколько много дало я понял только потом, повзрослев. Так ведь всё равно мерзкий, а? Больной ублюдок, чтоб его.

Можно много спорить о том, верен ли я в своих суждениях касательно пользы потерянных у Саннина лет, но... Есть одна вещь, за которую я ему благодарен. Орочимару даровал мне самооценку, понимание собственной ценности, что с детства забивалась во мне и, казалось, отсутствовала вовсе (всегда второй, не как старший брат, не важный, сам по себе); Орочимару видел и верил в меня, пускай даже и в качестве отправной точки для сосуда. Так, как, кажется, никто никогда не верил прежде (только потом я узнаю, что вторым таким человеком,возможно, являлся мой брат; какая ирония, как у нас чертовски много иронии). В мире шиноби нет психиатрии, но отчасти именно в его роли выступил Саннин. Даровал ли ты мне её - самооценку, потому что Итачи поубавил и твоей самооценки тоже? Возможно, я не знаю. Но это правда та деталь, за которую я действительно благодарен. По-настоящему. Пускай она же и привела к тому, что я не стал твоим новым сосудом. Это распустилось в нечто более сильное, а значит прекрасное; таков ход событий. Я правда был не против отдать тебе своё тело, ты просто в какой-то момент не сумел доказать, что неизменно нужно мне. Ирония (снова, опять) жизни, повороты судьбы, интересные сценарии, к которым ты, оказывается, тоже бываешь склонен.


У нас насыщенное прошлое, но ещё более насыщенное у нас будущее после войны. Ты продолжаешь наблюдать за тем, кого не без удовлетворения считаешь своим лучшим и самым интересным учеником (многих ли ты вообще называешь учениками?), и именно к тебе я обращаюсь чаще других. Терпишь, когда в очередной раз увожу свою команду из твоих убежишь; вообще низменно много терпишь (ведь ты изначально мог вести себя со мной по-другому; что же тебя вело, из чего ты исходил, позволяя мне быть нежной, но требовательной розой в своем палисаднике спартанцев?). И немало получаешь взамен: я приношу тебе интересные экземпляры и знания из миров да измерений, где ты не способен побывать сам, но где потерянной одинокой душой блуждаю я, пытаясь найти своё место и понять суть мира. Возможно, наши эксперименты (очень) плохо кончатся. Возможно, ты как-нибудь захочешь побывать на той стороне со мной. Возможно, мы возродим целую планету в какой-то далёкой вселенной. А может быть и нет. Есть же между нами что-то общее, чего отрицать? Война это подчеркнула. И речь даже не об одиночестве и злобе, нет. Просто миру нас не понять. Ни масштаба твоего мышления, ни моего бытия проклятым Учиха, для которых на земле места не заготовлено. Какая ирония, какая ирония. Наверное потому ты так любовно облизываешь нашу историю своим мерзким языком. Больной ублюдок. Тварь презренная. Фу.


Хочу отыграть это странное ощущение жития чужеродной твари в моём теле (Метка, часть змея по сути), в моем разуме, и цепи, что несёт в себе полученная взамен этого сила. Из чего вывод: у меня тоже достаточно гибкая и нездоровая фантазия, потому что поиск силы и наличие мозгов, как и талантов - это страшно увлекательно; и годы тренировок, и после воскрешения могло случиться много дичи. В каком-то смысле, у меня ни на кого не имеется настолько много играбельных и не очень идей, как на Орочимару. Считаю, что винить меня не в чем. Считаю, что быть способным вызвать тошноту и чувство омерзения у Учиха Саске,который 24 "почему я не удивлен мми да старайся удивить меня лучше лол дав общем-то насрать (я хочу убить брата и сдохнуть господи скорее)" - это очень мощно и говорит обо всём, на что вообще способны слова.
[warning! дичь-индикатор! маска суровости медленно отклеивается, проступает тщательно скрываемое нутро]
Если ты не считаешь отношения Орочимару и Саске самым прекрасным (упоротым, девиантным, умилительным и восхитительным) явлением всея оригинала, то [цензура].
Ладно, здесь я пишу без вролинга, потому не буду скрывать своего искреннего восторга образом Орочимару в целом и его взаимодействия с Саске в частности. Там много вкусной, глубокой, прочной базы (от дважды проваленных попыток заполучить тело Итачи с последующей осторожностью при работе с Учихами и до, до, до). Это же больной ублюдок, кам'он! Если у ДиСи для такого есть Пингвин, то у Наруто есть Орочимару - и это ВОСХИТИТЕЛЬНО. Я скажу честно, что не раз сам себе играл Саннина, потому что отчего-то (ха-ха) его не берут, а любовь моя почти также сильна, как к Саске. Но играть себе его самого подустал, живого бы человека, ну. У меня тут куча шутеек (дегенерата) за пятьдесят, восторгов и прочих признаков тотального неадеквата в духе "Орочимару просил собрать образцы в баночку и долго любовно изучал их пипеточкой", но давай сделаем вид, что я не отбитый и не мертв внутри. Потому что Отбитым (но! грамотным - это высший пилотаж ролевого и душевного искусства) следует быть Орочимару; я-то стабильно внутри ниалё.
Ибо вне шуток, если серьёзно: Орочимару - это ОЧЕНЬ глубокий, разносторонний, сложный, интересный и насыщенный персонаж, которого без любви и желания включать как мозг, так и альтернативное мышление, играть не получится. Мне плевать на лицо, размер постов, тройку, да вообще на многое плевать - за настоящего Орочимару я всё прошу. Отсыплю юмора, экспериментов, вкусных глубоких отсылок, диалогов, реал-лайф-альтов, модненьким побуду, да чего угодно,я не оч хдоровый. Ай, да бросьте: здоровый бы к Орочимару не пришёл и почти три года бы не вытерпел (поговаривают, что здоровый человек Саске не выдержал бы тоже, но Саннин как раз общепринятой менталочкой не отличается, он выше этого; их всех).
Вот, сейчас ассоциация про взаимодействие: бывает короче шкодливый сынка, который весь такой незалежный, очень незалежно держится за мамкину юбку, матюкается, опять же - незалежный ибо - и весь такой, ну такой, короче. Мамка (или папка, или... с Орочимару все так сложно!) сохраняет хладнокровие, на провокации ебанько подросткового не ведется, ибо сынка перерастет, возраст такой, а сама вечерами любовно ласкает ношенные им штанцы и вспоминает про первый выбитый сынкой на тренировке шиноби глаз, детально помня цвет и запах какулек в младенчестве. И нет, я не больной, ассоциации же приходят сами по себе, и... Короче. Бхмн. Как же я, сука, мертв внутри. Как же, сука, мертв.
https://66.media.tumblr.com/avatar_aa0fdc558785_128.pnj
ПРОСТОПРИХОДИУМОЛЯЮ.
У нас каст маленький и без общего сюжета (навсегда), но КАКАЯ К ЧЕРТУ РАЗНИЦА, КОГДА У ТЕБЯ В АРЕНДЕ ПЕРСОНАЛЬНЫЙ ТВОЯ ПРЕЛЕСТЬ ШАРИНГАН.
p.s. Ассоциацию про какулички я даже готов сыграть, без шуток. У меня вообще нет чувства юмора. Оно мертво. Я всегда серьезен.
p.s.s. Орочимару - это воплощение Кишимото: он абсолютно, совершенно, вот вообще нескрываемо наяривает на Саске, возносит Итачи до уровня бога (но наяривает все равно на Соске) и творит чё вздумается, по определению не парясь с обоснуем (мы будем, но тут пафосный гротеск). Если ты тоже немного Кишимото, то мы в одной яме, проходи, присаживайся.
Ну, а в остальном я нормальный, серьезный игрок, привыкший жевать стекло и уводить всё в дарк с психологическими отсылками да библейскими цитатам; могуподелтья ряд психо-разборов от задротов, жевать это и так далее,об Орочи грех не разговаривать часами [застегнул маску, тотально мертв внутри]Помогите.

Это просто МЫ. Понимаёшь,вайбы,ПОНИМАЕШЬ??
пример поста;

Неизменно немигающий взгляд. Какой-то частью себя хотелось уклониться в неестественной позе, лишь бы отодвинуться от Орочимару с этим его мерзким взглядом, совершенно неприкрытым, каким-то... вероятно, Учиха не найдёт полноценного определения, но там непременно будет что-то о бесстыдстве, голоде и наслаждении; подальше от такого прикосновения. Прогнуться, изогнуться, лишь бы по нему ничего не скользило, почти инстинктивно убраться, но... Саске этого не делал, лишь продолжая глядеть своими тёмными, тихо закипавшими глазами, что погрязли в бездне мести и жажды — вернее, необходимости, от которой не сбежать — силы, прямо в чёртовы змеиные глаза. Нет, Учиха Саске может быть усталым, надломленным, каким угодно, но когда у него имелась цель — это единственное, что имело значение; заставить свернуть или остановиться, его могло либо её достижение, либо смерть. Он одинаково готов к обоим исходам, не ища третьего варианта.
      Саннин и близко не понимал, с каким наполнением имел дело. Насколько сильна ненависть Саске. Насколько большую часть его она составляла, являя собой практически его целиком; ничего лишнего в младшем брать быть не должно. Мальчишка же покажет. Не её всю, потому что приберег для Итачи, но достаточно — сейчас или потом — чтобы Орочимару никогда не оспаривал стремление Саске. Его требование. Его часть не озвученного договора, детали которого юного нукэнина даже не волновали. Саннин ещё увидит, что такое настоящая, всепоглощающая, абсолютная ненависть, за которой нет ничего. И не посмеет его ограничивать. Никто не посмеет. До самого Дня Х.
      Ничего не говоря и лишь едва поджав губы, мальчишка убрал руку змеиного саннина от себя. Ему неприятно. Не то чтобы это важно — пускай личное пространство и являлось тем немногим, что имелось у Саске — но ведь иногда ситуации в демонстрации, в деталях, в нюансах? Он не Кимимаро, не Таюйя, не прихвосты, что смотрели в рот или служили из страха. Каждому из них Орочимару что-то обещал, со временем переводя это либо в зависимость, либо в обязательство. Но Учиха Саске не был остальными. Не был как все. Учиха не могут быть как все, и хорошо бы этому мерзкому ублюдку это понять. И дело вовсе не в том, что мальчишка ненавидел — конкретно — Орочимару, ведь ему и не за что делать этого, просто... Саске, нужна, сила. Он, не, может, терять, ни, секунды. Он, обязан, убить, Итачи. Обязан отомстить. Он в отчаянии. Он действовал так — единственно верно — как полагалось тому, кому больше нечего делать, да и терять тоже [кроме своей цели]. Не загнанный, но выставленный в качестве ценного приза; не за просто так, а потому, что не сдался, четка зная, что ему нужно, и ища пути это заполучить. Не зная лишь одного — как. Как перестать быть слабым.
      Орочимару станет его первой серьёзной планкой.
      Подсознательно мальчишка решил это, когда его окутали змеи.
      Стать сильнее Саннина — или слиться Саннином, если это даст необходимый результат, ему давно плевать на себя — критически необходимо, чтобы убить Итачи. Сейчас новоявленный "учитель" для Учиха неподъемный.
      Однако, это не поставит его в положение подчиненного. Это стало бы ошибочной позиций с самого начала. Подчиненным не давали всего; их выстраивали, бросая остатки риса. Саске нужно ВСЁ. Он отдавал ВСЁ и желал в ответ равноценного. Раз уж Орочимару так его хотел. Настолько сильно. И куда более торопливо, чем мальчишка сейчас требовал то, что ему и обещали в случае визита в логово опаснейшего из преступников современности.
      Нет, так дело не пойдёт.
      Если Саске готов отдать за что-то всё, чтобы получить одно простое значение, то и получить обещанное намеревался это без танцев с бубнами. Надо с чего-то начать. Действием.
      Да, ему сейчас не одолеть Орочимару — это логично и понятно, объективно более чем полностью. Мальчишка даже пытаться смысла не видел. Вообще ведь не за тем пришёл, ему нужна сила, нынче силу может дать Саннин, а Саннину нужно быть в здравии и не помирать. Иначе бы Саске не пришёл, если бы уже оказался в состоянии его одолеть. Потому тягаться с ним — глупо. Но и подчиняться, с самого начала почти бесприкословно следуя желаемому омерзительным ублюдком — нет. Ошибочная позиция. Саске не был глупым красивым мальчиком с ценными глазами. Он знал, как временами впечатляли демонстрации. И его самого в том числе. К тому же, многое в самом деле подкатывало к горлу и пульсировало внутри, нуждаясь выплеснуться хоть как.
      Он даст Орочимару то, чего тот сейчас желал больше всего. Даже если думал, что желал иного. Саске плевать, спланировано это или нет: ему просто надо начать действовать, чтобы всё перетекло в то, что мальчишке нужно. Сейчас. Сегодня. И завтра. И послезавтра. И до тех самых пор, пока труп Итачи не упадёт к его ногам. А Саннин естественно не желал убивать его — здесь, сейчас; как и навредить. Хорошо, всё даст. Заодно разгонит себя, вернув с койки в тонус. Быть слабым Саске ненавидел столь же сильно, как Итачи; синонимы.
      "Твой лимит — две за день", — голосом Какаши. Да-да, он помнил. Лимит, что испытал на себе, после обратившись к метке со всеми вытекающим, спасибо. Сейчас и двух слишком много: Саске знал, что Орочимару едва ли с ходу потащит его испытывать Птицу, имея к новому экземпляру слишком много вопросов да предположений. И тем не менее.
      Глаза неизменно на змея, потому что чёрта с два этот раунд так быстро закончится, ещё и прямо со старта. Нет. Особенно пошевелиться Саске не мог, зато близкое положение Орочимару — как нельзя кстати. Помещение небольшое, лишнего в нём ничего не было, а Кабуто послушно стоял у входа, всё отмечая и наблюдая. Ну и чёрт с ним, зачем этого учитывать, не с тем ведёт диалог и "договаривается". Кунаев, сюрикенов, да вообще ничего, что можно использовать или зацепиться. Только Орочимару, койка, закрытое пространство и Саске, чёрт подери, в халате и змеях [эстетика]. Посыл Саннина понял — это к слову, да, потому что Учиха не глупый красивый мальчик с особенными глазами, — что не равняется решению действовать так, как полагалось... кому-то другому, не Саске. Услышал, запомнил, учёл, но сделал по-своему. Пускай знает, с чем предстоит работать, пускай тоже не гребет под общую гребенку и свои готовые планы, свои готовые подходы к кому-то другому. С Саске надо иначе — Орочимару ведь уже это понял, не так ли? Снова: пускай то и получает.
      В руке собирается чакра. Мощная Чидори вовсе не нужна, но реакция живых змей на электричество, реакция чужой чакры в них — это в любом случае движение, а еще некий фактор неожиданности. Потому Саске воспользовался этим моментным послаблением, чтобы резко двинуть рукой и разорвать молнией — демонстративно и воспитательно — сжимавших его змей. Орочимару — мерзкий ублюдок, но не идиот, что важно: Учиха понимал, что Саннин не таков, как все те прочие неудачники и идиоты; ещё в лесу. Неизменно удачно близко, потому его руку и плечо хорошо использовать в качестве зацепки-трамплина, в то время как кровать и, собственно, живот (и колени) нукэнина служили неплохим маневром для отвлечения. Потому что когда змеи разорваны — толчок по тем самым указанным частям, давление в руку, крепко вцепиться ею, дабы вскочить с места и, надавив, использовать Орочимару как опору для кувырка через него же. С тех пор, как они виделись, глаза Саске в самом деле стали сильнее. Из-за... чёртов неудачник, и там Саске тоже поступил по-своему, не как настойчиво хотел Итачи, к чёрту их всех. Тот бой вообще открыл и научил Учиха немалому, и даже от Троицы Звука, подосланной прежде (разумеется он им проиграл, но и не за тем отправляли маячить перед глазами, не так ли?), и Орочимару стоило бы это заметить и оценить [Учиха запомнил и продемонстрированную манеру Саннина в лесу тоже, если уж на то пошло; хорошо запомнил, потому что как объективного шиноби увиденная мощь его напугала]. Если что-то не принести Саске, то он сам добудет это себе как умеет и как знает, потому что ему нужно. Даже если в чёртовом халате.
      Нет, не напрашивался на бой — это бессмысленно. Саске пришел взглянуть и, чёрт подери, взяться наконец за силу, а не языком молоть. Или молоть хотя бы с существенной пользой: Какаши тоже много разговаривал, как и целая Коноха. Они все, чёрт подери, кроме Саске, любили пошевелить языком.
      Ноги прочно приземлились на пол, следом за ними плавно лёг и халат, как ему и полагалось покрывать тело. Кабуто всё там же, Орочимару тоже, зато Саске уже не в кровати, не в змеиных кольцах, подальше от обоих и, в общем-то, в каком-то смысле даже имел некое условное пространство для маневров. Даже если здесь делать нечего.
      — Твои правила, наша общая заинтересованность в успехе и моё исполнение, Орочимару, — прямой взгляд, слова звучат медленнее. Вкрадчиво. Не требовательно, скорее даже... с намеком на дипломатичный паритет, что не оспорить. Почти констатация, но не совсем — Саске не безрассудный и понимал, с кем имел дело. Как и кое-что иное. — Они все — не я, не забывай об этом. Я Учиха. Значит и правила придется подправить, чтобы отточилось исполнение.

Подпись автора

ЛЮКС В ПОИСКАХ НУЖНЫХ

0

16

https://kakbicross.ru/viewtopic.php?id=54#p8974

pavel chekov
[энсин, навигатор]

https://64.media.tumblr.com/d71cc9b9edd3ff4fbdfa34b362e8c31c/6d5f0be4edfa6e1c-65/s500x750/821128b921ffcdfdc1da54f64cb6a3d62ee492b7.gifv
[anton yelchin]

[indent] » star trek: reboot
Павел – это искренность. Он несет эту свою искренность в ладонях, широко улыбаясь, протягивает их сует под нос, вот, смотри, бери все, у меня так много, бери, пожалуйста. Прилежно строит предложения на английском, непривычные слова не успевают за быстрой мыслью, и он кажется взволнованным, и он действительно волнуется, краснеет, и торопливо вспоминает английские времена.

Павел готов помочь, просто так, чтобы было легче, без задней мысли, без попыток найти выгоду, он швыряет свое «давайте я» прямо в лицо, пока не успели опомниться и отказать. Улыбается ярко, торопливо и уже спешит подставить руку, плечо, феноменальные способности.
Он растерян, как бывают растеряны все гении, непрактичен, как непрактичны истинные профессора. Он готов взять на себя ответственность, вежливо, но твердо заметить: «Можно, но я… не рекомендую». Случайно погибнуть в каком-нибудь вшивом уголке космоса, закрывая собой, меняя себя на чью-то бездарную, серую жизнь, разменивая легкой рукой золотую монету на множество тусклых, мелких.

Чехов взрослеет под обшивкой «Энтерпрайза», он еще совсем мальчишка – среди взрослых. Павел – гений, но он не набил себе еще всех этих социальных шишек, не наступил на все грабли, по которым жизнь проводит, заботливо держа за руку.


мальчик, этому касту просто не хватает историй про освоение космоса русскими. мы любим миррор!верс, любим сюжеты. космос слишком большой, чтобы тебя в нем не было.

пример поста;

тут пост

Подпись автора

ЛЮКС В ПОИСКАХ НУЖНЫХ

0

17

https://kakbicross.ru/viewtopic.php?id=54#p12393

amon [aus] ra

https://imgur.com/te3ZiDS.png https://imgur.com/QBBLdAK.png https://imgur.com/qw7Yt90.png
[charli hunnam]

[indent] » egyptian mythology

[indent]  [indent]  [indent] Я — две его души в его близнецах.
[indent]  [indent]  [indent] Я — вчера, я знаю завтрашний день.

древнеегипетские тексты повествуют о двух вещах. первое – уже созданная вселенная возвратится к хаосу в конце цикла мироздания (большое сжатие). второе – существует возможность нового циклического возрождения вселенной, что символизирует присутствие аус-ра.
слово аус означает «сила, корень». таким образом, аус-ра означает «сила ра», перерождение ра. ра (ре) и аусар (осирис) символизируют собой постоянный цикл существования. ра — живой бог, умирающий, чтобы стать аусаром - нетером мёртвых. аусар восстаёт из мёртвых и становится ра. цикл мироздания непрерывен: это поток жизни по направлению к смерти. но из смерти появляется новый ра, всходит новая жизнь. ра — космический принцип энергии движения к смерти, а аусар представляет собой процесс перерождения. таким образом понятия жизни и смерти становятся взаимозаменяемы: жизнь означает медленное умирание, а смерть — возрождение к новой жизни. в смерти усопший ассоциируется с аусаром, но вернувшись к жизни, он будет ассоциироваться с ра.
само по себе большое сжатие не является концом света. у схлопнувшейся вселенной (нейтронного супа) появится потенциал воссоздания – большого отскока,
[indent]  [indent]  [indent]  [indent]  [indent]  [indent]  [indent]  [indent]  [indent]  [indent]  [indent] — нового ра.


продолжая нежно и с толком насиловать тему космологии в египетской мифологии, я дошел до той точкиручки, когда готов перманентно нести в чужие лс странные образы древних вселенных, развивать странные концепции происхождения мира и падать в психоделические ау; для ра у меня — практически бесконечная ветка кроссовера, и точку отсчета можешь задать сам. но если слово "стар трек" вызывает у тебя нервное подергивание глаза, мои описания вызывают мысль "ничего не понятно, но очень интересно", и ты ломаешь голову как и зачемнахуя — приходи, я медленно, ласково волью тебе в уши всю необходимую инфу (ничего дополнительно смотреть не потребуется; я основываюсь на идеях и взглядах антропологов и космологов, лишь частично приплетая к этому реальность своего канона.) будет здорово, если ты уже знаком с пантеоном и хотя бы понимаешь, какое место ра занимает в египетской мифологии (но помочь расшарить тему тоже готов)

пример поста;

тут пост

Отредактировано Howler (2022-07-23 11:06:14)

Подпись автора

ЛЮКС В ПОИСКАХ НУЖНЫХ

0

18

https://kakbicross.ru/viewtopic.php?id= … p=2#p27805

suigetsu hozuki
[подопытный, преступник, напарник, тянет на одну из форм дружбы]

https://pa1.narvii.com/6387/e7defcc753fe7d9ba5e16868a49a0f66fb887426_128.gif https://pa1.narvii.com/7114/86bb31b3ea6f043e3566e3cb5f64522a8a36e42er1-480-270_128.gif https://pa1.narvii.com/6614/75d1eba7ad4c0ec89ac37f476a914503e69e77ab_128.gif
[indent] » naruto
Суйгетсу — это тот независимый тип, который не против отсидеться, спрятать голову в песок, признать, что напуган, напоминать о своей независимости, но при этом всё-таки приходить (из раза в раз), когда можно было просто слинять. Он не привязчивый, не отличается ни принципами, ни верностью, всегда будучи себе на уме и прекрасно зная, что стоит дорого, будучи сильным и исключительным. Прекрасно читает людей и много играет на публику, при том что на деле страдает от недостатка интереса к жизни и скуки, которую пытается разбавлять своим умом и тыканьем палкой в окружающих. Часто получается. Суйгетсу не сказать, что хороший человек, но куда лучше, чем мог бы быть, а временами даже неплохой и живой парень, если уметь читать его полутона и правильно на них играть. Свободолюбивый, но признающий силу и имеющий свой перечень страхов, что способны (всегда будут) заставить его подчиниться. О, да, ублюдочный Саннин вне конкуренции, разумеется; тот умеет что пугать, что вызывать отвращение (даже в таком крепком орешке как Саске). И тем не менее, может быть командным игроком. На выгодных ли условиях или просто потому, что так интереснее, или может потому, что на деле ему не всё равно, как то и дело об этом повторяет - сие Суйгетсу решает сам. Ибо, супротив всего, не привык нарушать своего слова, верен обещаниям и, в общем-то, устоявшейся компании тоже. Потому, непременно, после Войны ещё не раз сходился с Саске. И даже не только для того, чтобы временно избавиться от Орочимару, к которому был вынужден из панического страха вернуться, вызывающего мурашки по коже.

Сомнений нет: их путь ещё не окончен, а судьба не раз ещё сведёт. В конце-то концов, у Суйгетсу нет причины отказываться от очередного приключения, выпади такой случай. По шумовому (или, напротив, всегда молчавшему) фону так просто соскучиться. Чего он, конечно, никогда не признает, ибо как показала история - тот ещё преданный водяной (который правда вовремя и правда случайно появлялся, нарушая уединение с Карин; спасибо).


Я хочу отыграть прошлое: как минимум год у нас в кармане (поздний период Орочимару, Акакци и Четвертая Война). В дальнейшем я вижу, что Саске с Суйгецу регулярно сходились (также более чем уверен, что с учетом неизменной реакции последнего на Орочимару, ему даже в радость покидать логова змея, ибо). Если хочешь, можем в том числе заняться поисками мечей и их аналогов — Саске полезны знания и видение мира, а у Суйгецу нет смысла не делать шаг-другой навстречу своей мечте.

А ещё хочу сделать упор на реал-ау, немного всратых. Есть зарисовки, а можно и без них. Лишь бы весело и задорно.

Наверное, это роль для зрелого игрока: чтобы чувствовать грань его невоспитанности в подаче, это достаточно сложно; у водяного имеются свои границы дозволенного, как и триггеры. Шикарно бы увидеть неплохое чувство юмора, ибо... Да очевидно, почему. Остальное традиционно: грамотность, заинтересованность, умение писать. Пост раз в 2-3 недели вполне устроит (вне периода временных игровых запоев или тормозов из-за реала не на постоянной основе), лицо да размер не важны совершенно.

пример поста;

Он шевеления где-то у плеча и более ощутимых тисков, повлиявших на положение Саске, тот вскоре вернулся в мир живых. Провалился ведь непроизвольно, тело правда тянуло в сон, хоть и чувствовал себя в целом лучше, что с этим поделать? Спасибо, наверное, Итачи, что не разбудил и вытерпел?... Наверное плечу не очень комфортно, или затекло, или вспотело, но раз возмущений не последовало, то и ладно, Саске не станет об этом заикаться.

— Я случайно, — всё-таки озвучил, словно бы привычно оправдываясь-объясняясь перед старшим, спросонья оно не слишком осознано. Но это про сон, а не про плечо, ага? Мол, даже если бы до воскресенья проспал, то что с того, что он мог с этим поделать, честное слово. В конце-то концов, Саске лишь человек; в очень дерьмовом возрасте. И хорошо, что своих немного покрасневших щёк не видел, хотя мог бы ощутить. То ли из-за сна и пробуждения, то ли из-зач неловкости, то ли потому, что детство временами напоминало о себе самым тупым и ненормальным образом. В любом случае, помотал головой, чтобы прийти в себя, и невыразительно зевнув, прежде чем разбираться, который сейчас чес; с днём понятно, итачи уже сказал, что суббота, и явно за полдень.

— Мне нетрудно сварить рис, — отозвался, перекатиться на край кровати, привстав, свесив ноги да поднявшись, чтобы пройти к варочной мини-поверхности. Не то чтобы на этой квартире хранилось что-то ещё, да и младший Учиха не отличался изысканными или необычными предпочтениями в еде. А аппетит вроде был, а вроде и не было. Если Итачи хотел, то мог делать что угодно, но Саске правда несложно.

Ещё какое-то время ничего не происходило: Итачи вскоре вновь вернулся к работе, уйдя в неё едва ли не до полой потери связи с миром; Булочка немного носилась туда-сюда, умильно напала на ноги хозяина, привлекая внимание, чтобы с ней поиграли, а после нежно стала чесать зубы о большой палец на руке Саске. Сам юноша, закончив с котиком, принялся убирать. Потому что... Просто. Что ещё делать Саске не знал, а уборка — дотошная — его временами успокаивала, когда мозг бесполезен, а общее состояние незавидно.

Когда закончил и с этим, вернулся на кровать, где более не лежа, а сидя, потянулся к ноутбуку и тоже потерялся. В квартире повисла некоторая тишина. Саске в наушниках: в социальных сетях за неделю успеть написать многое, а это он еще за предыдущие две почти не читал; и в школьном-не-учебном чате все отчего-то оживлённо спамили и...

"Чего?"
В какой-то момент Саске снова решил, что ни то бредит, ни то чего-то не понимает, однако странные вещи происходили
"УЧИХА ЗАМЕСТО КАЛЛИНА!", "ЗАЧЕМ ЭДДИ, КОГДА ЕСТЬ САСКЕ?" — и какие-то странные скрины, где наклеено лицо, эм... Его? Принялся следить за тем, откуда и почему это пошло, что вообще за странное явление, почему это у него в личке со всех сторон и в школьном чате. Так и потерялся на добрый час, а то и полтора, снизойдя до прочтения лички, а после навигации в поисковике. Столько нелепых цитат себе в личку про описание вампиром и "сорт герои_а" ему не писали никогда, ив се они вели к одному источнику, как раз тому что все обсуждали...

"Вторая неделя показа "Сумерек 2" продолжает бить рекорды, привлекая молодую аудиторию [...]".

В какой именно момент — на какой стадии разложения после трейлера, разборов, кучи отзывов и потёкшего от школьного чата и лички мозга — Саске решил, что ему надо Это посмотреть он не знал. Вообще без понятия. Просто нашёл себя на том, что купил онлайн-версию, и пускай у неё не столь хорошее качество и вот это...

"Зачем? Что я творю?" — подумалось ему, когда палец так и не мозг сделать клик "пуск". Взгляд в поисках ни то ответов, ни то спасения, ни то перекладывания этого опыта, скосился на Итачи. Тот, казалось, почти не двигался, впялившись в свой ноутбук и изредка моргая. Чай на тумбочке с ним давно остыл, и даже кашель брата не отвлекал.

"А что, если..."
Итачи ведь завтра всё равно свалит, хоть и воскресенье. А не завтра, так послезавтра понедельник. Он уже не умирал, а значит любой момент может стать последним на ближайшие... эм... как там у них с общением в вечностях?... А так, получается, прохлаждался у младшего, занимал его место, толку никакого, работать-то и дома мог. Значит, подумалось эгоистично и явно в некотором бреду, пускай часть внимания посвятит брату. Не совсем ему, но... Саске не уверен, что с Этим справится один.

Потыкал старшего локтем в бок: никакой реакции. В плечо — никакой. Позвал по имени раз — ничего. Два — ничего. Шепнул на ухо — повёл головой, протянув руку для "погладит котика", не отрываясь от экрана. Итачи явно не тут. Хм... Нет, идея буквально засела в голов Саске, и это стало сиюминутной идеей фикс, проявлением вредности, болезни, обид и игривой ностальгии, как случалось в детство, сколько рано бы оно у Учиха не заканчивалось. А всё-таки.

К слову о котиках — это идея неплохая. Не поленился слезть с кровати, взять Булочку, принести и устроить на клавиатуру. Итачи снова лазом не повел, сначала опустив чужой пушистый белый хвост, а после и отодвинув котика в сторону, тот спрыгнул на пол с "мур", удалившись к своё лежбище.

Итачи притворялся? Играл? Раздражал? Реально настолько не алё?
Ну точно, теперь дело принципе. Саске тоже Учиха, Саске тоже умеет.
Ками-сама, он настолько чётки видел лицо брата,когда тот не просто поймёт запрос про "давай посмотрим кино", но и увидит, Что перелагает ему младший, что... Он почти готов душу отдать, чтобы увидеть это воочию! Вы н е п о н и ма е т е! Ну или просто не знаете специфику ни Итачи, ни Учиха, ни Саске в этом всём.

Подумав ещё какое-то время, на этот раз ударившись в войну собой, стеснением, вменяемостью, опаской, стыдом, энтузиазмом и сомнением, младший снова обратился к старшему:

— И т а ч и.

А потом, мысленно перекрестившись, положил руки на крышку (пока не гроба) ноутбука, осторожно её закрывая, пока сам устроился поверх в районе братских колен, как делал это когда-то очень-очень давно, чтобы привлечь внимание; тогда это безотказно работало, если только Итачи специально не делал вид, чтобы мелкий ещё сильнее напрашивался, проверяя, насколько хотел внимания или как скоро тому надоест. Ну да, прошли какие-то лет десять; ерунда. У Учиха что возраст. что справка о вменяемости, что образцовая педагогика — просто бумажка, на деле со своими мерками и мерилами.

— Болеть, работая, ты можешь у кого угодно. А раз делаешь это у меня, между прочим... — ладно, удивительно, что слова вообще вылезали из горла. Было бы ему поменьше лет, может быть вполне бы наделал кучу, зная, что нарочно отвлекает от работы или, что тогда было актуальнее, учёбы. На деле, сейчас чувство вины не гложило. В отличие от невысокой, но самой вредной и назойливой температуры, что проделывала с ним... вот эти фот фокусы. Ноутбук совсем захлопнулся, а Саске наклонился чуть пониже. — Посмотри со мной фильм, Итачи.

Подпись автора

ЛЮКС В ПОИСКАХ НУЖНЫХ

0

19

https://kakbicross.ru/viewtopic.php?id= … p=2#p28686

gaara
[казекаге]

https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/202/967263.png https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/202/718596.png https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/202/499495.png https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/202/73904.png
[no prototype]

[indent] » naruto

Гаара — первый.

первый джинчуурики, которого встретил Наруто, с удивительно похожей (непохожей) судьбой.
первый. и единственный, кто понял Наруто там, где не смог бы (не захотел) Учиха Саске — в одиночестве и ненависти (своей, чужой), которых не боялся Учиха, но в страхе перед которыми замирали Гаара и Узумаки... до злых слез. до боли. до крови.
Наруто и Гаара принадлежат разным странам. но похоже, что кровь чакра у них одна — пылающая, кипящая огненная и жаркая, душная пустынная. пожирающее, выжигающее тело изнутри пламя. горячий, иссушающий душу, раздирающий ее песчаными осколками ветер. одна агония на двоих.

а у меня внутри росли цветы, их вырвали безжалостно руками
я каждую ночь пытаюсь полить мертвый сад своими жалкими слезами

Гаара говорит, что Наруто похож на солнце. но в самом Гааре света и тепла ничуть не меньше. в отличие от Саске, он позволяет им победить внутреннюю тьму. позволяет вытащить себя из глубокой черной бездны.
вообще-то, из Гаары друг получается куда лучше, чем из Наруто.

и может быть потом, наших падших душ не коснется больше зло
но мне так страшно никогда так не будет уже

Гаара сам "заклеймил" себя любовью — страшной, злой, болезненной. не видившей ничего, кроме алых пятен и разводов. проклятье, которое Наруто хочет (пытается пару раз) стереть с чужого лица: дрожащей рукой, убирая влажные пряди, склонившись над пока-еще-трупом (слабый удар чужого сердца заставляет биться и сердце Наруто тоже); невзначай, (не)случайно мазнув пальцами по алым линиям на лбу, встречая чужой вопросительный взгляд открытой улыбкой... Наруто боится не хочет, чтобы его сердце Гаары снова остановилось.

и где-то хлопнет дверь, и дрогнут провода
привет, мы будем счастливы теперь и навсегда

Гаара первый, кто уверенно и открыто говорит Наруто о дружбе. не подразумевает "по умолчанию", не соглашается безропотно, а  говорит словами через рот. утверждает. возводит в истину, что не терпит сомнений от окружающих. да, действия важнее слов, но Наруто слышит от Гаары заветное "друг" и взрывается тысячей солнц, мириадами звезд. и сияет, сияет, сияет... на много световых лет вокруг.
Гааре тоже нравится это слово. произносить его, принадлежать ему. драгоценное. бесценное. Гаара не знает, почему его так легко говорить Наруто, и практически невозможно заставить себя сказать другим. но он хотел бы научиться у Узумаки и этому тоже.


В общме, мы делаем вид, что Боруто не существует, что это случилось не с нами, и вообще Киши съел что-то не то. У нас собственное понимание канона и того, чем все это должно было закончиться, у нас идея на идее идеей погоняет: для общего сюжета, для знавесочных историй.. Я лично я отчаянно нуждаюсь в развитии и линии Гаары и Наруто, потому что в каноне #недодали. Обидно и возмутительно. Хочу больше совместных историй и ситуаций. Хочу больше раскрыть это потенциально потрясающее взаимодействие двух джинчуурики, особенно в эмоционально-психологическом плане. Хочу, хочу, хочу... Короче говоря, энтузиазма полно, идей много, борщ варить умею, шуба есть, голова не болит! ХДД °˖✧◝(⁰▿⁰)◜✧˖°

пример поста;

Говорят, свет в послевоенном доме совсем не такой, как в довоенном.

Послевоенная Коноха - думает Наруто - тоже другая. Она кажется незнакомой и, возможно, немного чужой (немного?..). Она не вызывает чувства неприязни или вроде того, вовсе нет! Просто… Иногда кажется, что она вообще не вызывает никаких чувств. И это чертовски пугает.

На самом деле, это доводит Наруто почти до глухого отчаяния.

Потому что не может такого быть.

Так быть не_должно. Но оно есть - появляющееся вспышками, накатывающее ледяными волнами осознание, что как раньше уже не будет. Никогда. “Как раньше” осталось в довоенной деревне, большой, людной, светлой, тянущейся вверх разноцветными черепицами крыш, утопающей в густых зеленых кронах окружающих ее деревьев… Вокруг новой Конохи пустырь - вздыбленная, взрытая множественными боевыми дзюцу голая земля, уродливый шрам, оставленный битвой. Той самой, в результате которой скрытая деревня, которую они все знали, перестала существовать.

В новой Конохе, все еще не отстроенной до конца, дома низкие, приземистые. Простенькие и все одинаково невзрачные. Короткие полупустые переулки вливаются в такие же улицы. Наруто не знакома ни одна из них. Приходится закрывать глаза, чтобы увидеть то, чего нет: врезавшиеся в память углы и повороты, торговый квартал, цветочный магазин Яманака, Ичираку и лавку с масками, ту самую, хозяин которой однажды гнал Узумаки прочь, пинками, проклятиями и обидными словами… Его, конечно, уже нет в живых. А перед глазами - незнакомая стена чужого дома. Тупик.

Новую Коноху не “стерегут” дайме прошедших лет. Нет лиц на Горе Хокаге.

Горы Хокаге больше нет.

Наруто стыдно. Ками, как же ему стыдно! За то, что не может даже заставить себя думать об этом месте, как о доме. Он думает (надеется): “это пройдет”, обязательно пройдет, нужно только чуть-чуть подождать - все они сильно пострадали на этой войне, не только деревня, и люди тоже. В основном пострадали именно люди. И им всем просто нужно немного времени. Да, именно так.

Но на душе почему-то все равно невыносимо гадко.

Наруто чувствует себя предателем.

Наруто не_чувствует себя в безопасности в стенах новой Конохи (наверное, потому, что стен, как таковых, еще и нет… таких прочных и высоких, какими они были). Тревога становится его постоянным спутником - постоянное ожидание беды.

У Наруто просто кошмарные проблемы со сном. Кошмарные - ключевое слово.

В каждом сне - стоит закрыть глаза - огонь и черные тени. Ничего конкретного, никого конкретного (повторяй себе это почаще, Узумаки), но внутренности все равно морозит и стягивает в тугой узел, который поднимается к самому горлу и… Наруто просыпается, выныривает из промозглого, липкого от того, что ему нечем дышать. Спазм проходит не сразу - воспоминания продолжают душить напополам со злыми слезами (как тогда…

прямо как тогда) и блядское сердце пытается сбежать к чертовой матери, проломив собою ребра, потому что к такому его жизнь не готовила. Наруто к такому жизнь не готовила. Он-то думал, что война - самое страшное, что им выпало пережить, но оказалось, что есть вещи и пострашнее.

Впрочем, Узумаки совсем не уверен, что он не единственный, кто сходит с ума.

Свет в послевоенном Наруто тоже не такой, как в довоенном.

И знаете что? Это не_проходит со временем: не отпускает, не лечит и еще много всяких “не”. На самом деле, становится только хуже.

Но все вокруг, кажется, продолжают жить и прекрасно с этим справляются, вызывая чувство острой зависти, безжалостно полосующей по самым незащищенным местам - по сердцу, например. Или по совести. Это больнее, чем получить кунаем в живот.

Наруто кажется, что только он один не_вывозит. Обидно, досадно, но он упрямо продолжает играть по кем-то установленным правилам, основным из которых является “докажи всем, что можешь”: разводит бурную деятельность по приведению деревни в божеский вид (на пару с Ямато-сенсеем принимая едва ли не самое активное в этом участие), ходит на миссии, не берет выходных (и пару раз отрубается прямо в кустах во время слежки), аргументируя это ничтожной численностью шиноби, донимает Шикамару вдвое настырнее обычного, пишет письма в Суну пару раз в месяц, “чтобы Гаара не скучал”, и улыбается, улыбается, улыбается до судорог скул.

Не помогает.

Наруто едва не отправляет на Тот свет двух чунинов - совсем молодых ребят - решивших в ночи сбежать из общих казарм, в которых оставшимся шиноби приходится ночевать, пока деревня полностью не отстроена (сначала мирные жители, и только потом собственные дома обретут они). Ничего не успевших понять парней спасает только реакция Кибы и, как ни странно, Курамы: опасно горячая огненная чакра конвульсивно сворачивается, когда Наруто, выныривая из очередного Ада, подскакивает на своем футоне, сверкая одуревшими голубыми глазами...

Все продолжают делать вид, что все в порядке. Но Узумаки давно научился замечать и расщеплять на составляющие косые взгляды (взгляды, а не людей). Он в этом профессионал.

Ощущение непрекращающегося падения не покидает Наруто ни на секунду - он словно летит в бездну, и теперь ему не за что даже зацепиться, чтобы прекратить это. Вокруг нет ни единого выступа. Мечта стать Хокаге? Любовь к Конохе?.. Отчаянное желание вернуть друга… Куда? Домой? Но Наруто не может заставить почувствовать себя дома, что он может предложить в таком случае Учиха?

Наруто не будет больше гонятся за Саске, потому что они ведь поговорили. В цукуеми, они все выяснили, и Узумаки принял выбор товарища - исправил ошибки детства. Поступил, как друг. Пусть Саске так и не ответил ему на эту дружбу взаимностью. Кроме того, он все еще нукенин, который находится в международном розыске, и даже Наруто не может с этим ничего сделать. Он знает - он пытался. Даже Шестой тени огня не под силу переубедить весь Совет, и уж тем более Какаши-сенсей мало как может повлиять на феодальных лордов.

С этим приходится мириться. Впрочем, самого Саске это, наверное, мало волнует.

Наруто летит вниз, и даже сейчас он чувствует как звенит соединяющая двух людей невидимая нить. У второй половины его души репутация террориста и хладнокровного убийцы. Это тоже далеко не плюс в его копилку.

Сколько сил придется приложить Какаши, чтобы спасти будущее Узумаки от наложения длани Совета, только Ками известно.

Джинчурики старательно избегает Сакуру, потому что она_не_слепая. Потому что смотрит на него иногда, как на неизлечимого больного: с тревогой, беспокойством и сожалением. Не с жалостью, а будто она сама в чем-то виновата. Наруто это не нравится. И он старается как можно реже попадаться ей на глаза.

Но когда бы Харуно интересовало чужое мнение?

Удивительно, но Сакура даже не бьет его. Просто говорит, что запрет где-нибудь и попросит Цунадэ наложить самое сильное запирающее дзюцу, на которое та только способна. Если Наруто не позволит ей хотя бы попытаться помочь.

Аргументы за то, что ему не нужна ничья помощь, и все прочие теоретически возможные возражения прерываются громким хлопком двери больничной палаты и безапелляционным “спи”.

Что ж… Возможно, это не такая уж плохая идея, хоть Узумаки и против того, чтобы оккупировать реанимационное отделение, место в котором вполне может понадобиться кому-то из его тяжело раненых товарищей. Никто не знает, когда миссия ранга А может вдруг перерасти в кошмар класса S, только не в мире, в котором они живут сейчас.

Но тело не обманешь. Наруто устал. Он знает, что, скорее всего, это ни к чему не приведет, что все закончится на очередном кошмаре, но таблетки, выданные Харуно начинают действовать и джинчурики все же вырубается…

...Чтобы очнуться от вопля. Собственного и… Сакуры, чье тело (господи, какие же хрупкое оно на вид!) мгновение назад врезалось в стену с характерным хрустом (Наруто надеется, что стены), отброшенное мощным импульсом огненной чакры В чужих глазах - зеленых, как луг, что раньше простирался за Конохой аж до самого леса - неверие и испуг. Не страх (по крайней мере пока), Сакура, скорее всего, просто была застигнута врасплох… Еще бы.

Узумаки сметает с больничной койки с невообразимой скоростью, так, что он сам практически вжимается в противоположный угол, с неверием глядя на подругу… Вернее на то, что сделал с ней.

- Сакура...

Первый порыв - поспешить на помощь, и собственное тело по инерции дергается в нужном направлении, но Наруто останавливается себя. Нет.

НЕТ, он не должен приближаться к ней, он не… Снова не контролирует себя.

- Сакура, прости...

Впервые после войны Наруто чувствует не растерянность, тревогу или отчаяние. Он в ужасе.

Подпись автора

ЛЮКС В ПОИСКАХ НУЖНЫХ

0

20

https://kakbicross.ru/viewtopic.php?id= … p=2#p32575

the fugitive doctor
[агент дивизии (в бегах)]

https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/189/336259.gif
[jo martin]

[indent] » doctor who
Доктор до Доктора, каким/какой мы привыкли его/её видеть; Доктор до начала истории, до этого цикла регенераций, до прошлого даже. Доктор до Мастера. Неизвестный целитель неизвестного времени. Всё, что мы знаем о ней, - это что она первая нагнула Сворм; что служила в Дивизии, а затем сбежала от них, прихватив с собой верного спутника и заключив свою сущность в часы; что долгое время скрывалась на Земле под личиной улыбчивого гида Рут. Мы знаем, что, в отличие от привычного нам Доктора, она не пользуется отвёрткой, а ещё не гнушается оружия и вполне способна договориться с совестью, если ситуация вынудит его использовать. Мы также знаем, что у неё отпадные очки и пиздатая рубашка, она любит покровительственно улыбаться и называть людей love - прямо как мой Мастер!


Почему же я ещу Беглого Доктора, если она не мой Доктор, а я для неё "Мастер? какой в жопу Мастер?".
Во-первых, за этим - мне было было интересно уничтожить самооценку Мастера окончательно поиграть с Доктором, для которого имя Мастера - пустой звук, и "главный враг" - совсем не он, а выскочка Сворм.
Во-вторых, я очень очень очень сильно хочу поиграть с ней за Гат - если вы смотрели серию Fugitive of the Judoon, вы, вероятно, её вспомните. Это абсолютный хэдканон, но мне нравится думать о Гат как о ком-то, кто имела потенциал стать для Беглого Доктора кем-то вроде Мастера - если бы Мастер когда-либо пёкся о правилах и порядках и превыше всего чтил службу на родное галлифрейское отечество. Мне нравится думать, что Гат и Доктор могли быть близки до бегства Доктора, по крайней мере - в какой-то степени друг к другу неравнодушны: иначе умница Гат не проморгала бы свою лазерную пушку, а затем - не выслеживала бы Доктора и Ли по всему известному и неизвестному космосу по хлебным крошкам. Иначе бы - Доктор, едва вернув себе воспоминания и поняв, что за ней пришли, не была бы так твёрдо уверена, что пришла за ней именно Гат. Я также хэдканоню, что среди тех спутников Беглого Доктора, что мы видели (под другими лицами) в одной из серий Флакса, была и Гат в том числе - рука об руку, так сказать, плечом к плечу.
Если вы думаете о них, представьте: верный солдатик Гат, вспыльчивая, ершистая, но хладнокровная убийца, незыблимо уверенная в правильности и неоспоримости приказов; и Доктор - самодостаточная, себе на уме, вынужденно скованная ненавистной работой и спокойно выходящая за рамки устава, но не терпящая лишней крови. Представьте This Is How You Lose the Time War Амаль Эль-Мохтар и Макса Гладстоуна, только немного иначе. Что-то такое. Мы можем играть флэшбэки онли. Мы можем решить, что Гат пережила их последнюю встречу и теперь вынуждена существовать, зная будущую судьбу Галлифрея, но не смея кому-либо о ней рассказать. Мы можем всё что угодно, так-то.

пример поста;

My skin is wearing thin
My heart has turned to black
A̷͚̲̳̹͔͐̓͆̇̆͌̕͝ṉ̴̨̖̥̺͎͔̻͕̹͑̕͝d̴̡̜̯̪̣̣͚͔͓̂̀̐ͅ ̸̞͖̺̬͓̣̜̪̪͇̈͛̔̽̔́̂̽̋͆̆͌̑̕͠I̵̧̒̓̈́̍̾̄̌͗̇͂̏̒͐͠ ̶̜̦̩̱͕́̓̄̎́͘ĉ̴̡̧͈̘̻͎̇͗͊̎̎͂̾͂a̷̜̮̭̗͆͌͒͌̑̀̈̓͂̏̉̈̚͝ǹ̴̟̯͗̿̂̓̎̏̄̈̕͠'̵̗̤̦̲̟̦̲̝̯̏̊͆̎t̸̢̛̘͓̟̮͙̟̘͂̀̈́̀̄͋̋̕ ̶̨̯̟͍̺̣͎̥́̍̔̈̕͝g̵̨̧̳̟̝͙̠̮͙͖͖͎̳̣͗̇́̉͆͐̽̓̃̒̿́͑͝ȅ̴̜̗̜̱̥̪͕̬̼̗͗̿͛̍t̸̢̢̞̘͈͚͖̟̮͚͕̼̠̒͝ ̷̧̣͎̘͓͍̠̼̮̠̪̀̔̆́́̐̌͒̂̈͆̊̾͝t̸̡̛͇͕͉̩ẖ̸̺̲̥̲̣͚͖̓̒̀́͜ê̶̡̡̮͈̥͖̔͆͑̃̎̕ ̷̢̯͕̦͕̹͇̈̂͂̈̈́d̵̝͎̻̞̊̈͋͋̿̉ḛ̸̭͖̹̳̝̞̾̍̽̏̀̐̇͋͘͝͝v̴̬̠̠̣̤̋͗̎į̵̡̢̼̞̜̖̗͇̥̮̳̦͗̓͂͛́̀̀́̄̕͜͝ļ̵̡̛̛͓̭̫̬̭̤͇̈́̈́ ̷̧̻͖͎͚̔ǫ̸̛̻͔̻͚͉̃͌͌̉͂̂̆̈́̊̚͠͝f̶̩̪̫̰̬͍̬̩̰̓͐͗̐͛̅͑̚͝f̸̰̯̐͌̇̀͝͝ ̴̧̨̭̥̖̤͎̙͉̙̯̀̏̕͜͝͠o̶͇̗̭͔̹̯̤̘̪̤̲̬̳̅̓͛̈́̿͊̒̈̆̇̋́͜͠ͅf̵̧̘̰̞͕̰̦̬̠̾͋̃̏̂ ̷̯͓̭̝̥̙̈́̓̚͜m̴͕͛͒ỷ̴̡̢̰͚̭͎̟̞̣̤̫̻̱͈̻̓͗̍̿̔͑̋̕͝͠ ̶̺̤̌͐̓̄̍͐b̷̨̫͎̺͍͎͇̦̫̤̾͐̊̏̈̐͌̀͋̐͐͒́̚͜͜ͅa̸͍̮̘̖̳͎̫̥̱̖͛̾͂̑͋͌̿͌͋ͅc̴̢̡̛͓̰̰̭̺͉̯̫͈̬͕̽̒̈̀̚͝͠ͅk̷͚͕̣̰̥̋̓͛́̿̅̚͘͝ͅ



Всё должно было закончиться этим. Это был лишь вопрос времени, и время не проблема, если в твоём распоряжении - ТАРДИС и её пилот. В распоряжении Сайбириума они были.

С чего Мастер взял, что Сайбириум проявит уважение к его личным границам и не попытается взять над ним контроль, он сейчас не в состоянии вспомнить и сам, и не только потому что с каждым днём ему всё сложнее мыслить ясно. Есть большая вероятность, что с ясным мышлением у него были проблемы уже тогда, просто иного толка - что ему так невыносимо было превосходство Доктора, что он готов был на что угодно - буквально, на что угодно, - только чтобы хоть немного склонить весы в свою сторону. Ему было плевать тогда на благородство или подлость нового союзника - он просто не рассчитывал, что их союз проживёт так долго. Что он сам - проживёт так долго. В конце концов, он сделал всё для этого. Новая раса киберменов, изготовленная им собственноручно из полуразложившихся трупов убитых им же Повелителей времени? Доктор не могла позволить ему - им - выжить после этого. Не имела права.

Но даже тут Мастер просчитался. Пришлось спасаться бегством, просто чтобы Доктор не восторжествовала хотя бы в этом. Именно тогда, пока он пытался смириться с новой - очередной - неудачей, его гамбит с Сайбириумом выстрелил прямо ему в лицо. Не буквально. А лучше бы так.

Как выяснилось, Сайбириуму пришлась крайне не по вкусу потеря перспективы мирового господства во главе новой киберрасы. Его новый бизнес-план? Провернуть то же самое, только путём многократного вмешательства в таймлайн и - руками Мастера. Мнения Мастера он об этом, разумеется, спрашивать не стал. Будь Сайбириум человеком - гуманоидом, - Мастер решил бы, что тот просто решил таким образом поквитаться за неудачу, но ничего человеческого в искусственном интеллекте не было. С тем же успехом он мог бы рассчитывать на человечность Матрицы. Так что - просто голый расчёт, ничего личного.

Ничего личного в том, что, стоит Мастеру на секунду потерять фокус, он обнаруживает себя на другом конце галактики, два века назад, три тысячелетия спустя, в проводах собственной ТАРДИС, саботирующим чужой корабль, по локоть в чьей-то крови.

Мастер не имеет ничего против саботажа или убийств. С чего бы? Что ему совершенно не по вкусу - это не быть у руля в собственной голове.

Так что он сопротивляется. Запихивает Сайбириум как можно дальше, как можно глубже, там, где ему до руля не добраться. Только вот не учитывает, что из глубин подсознания проклятому AI будет только проще взяться за его, Мастера, перепрошивку. Сны и реальность начинают мешаться друг с другом, даже когда Мастер перестаёт спать. Мастер окончательно перестаёт вести счёт, где и в каком времени он снова отключился и потерял несколько часов. Имеет ли это значение? Он не знает. Однажды Сайбириум добьётся своей цели, и, может, тогда Мастер станет ему не нужен. Может, тогда он вернёт ему контроль. Не стоит ли тогда просто дать ему делать то, что он хочет?..

Это - официальная версия. Это - то, что Мастер старательно думает, пока направляет ТАРДИС к определённому астероиду, где у одного конкретного хакера, говорят, можно за баснословные деньги купить био-вирус, способный убить любую операционку в твоём теле. Созданный для выведения из строя киборгов и так называемых "усовершенствованных людей", конечно, но для Мастера тоже - то, что Доктор прописал. Мастер продолжает думать мысли о смирении и принятии собственной участи, когда находит хакера, когда заставляет его отдать ему вирус, когда убивает его - на этот раз, осознанно. Когда залпом опрокидывает в себя пробирку - тоже. А потом его перемыкает, как компьютер, в который запустили вредоносное ПО, и он кричит от боли до забытия.

Долгая история вкратце - не стоило убивать того хакера, конечно. Стоило запереть его в какой-нибудь изолированной крепости на безлюдной планетке - у Мастера даже была на примете такая с давних времён, - чтобы сидел там и доводил свою игрушку до ума, а не торговал халтурой. Био-вирус помог лишь постольку-поскольку - по крайней мере, теперь в распоряжении Мастера были периоды ясности, в которые ему не нужно было держать себя в непрерывном фокусе, зная, что любое его слово, любая его мысль будет перехвачена врагом в его собственном теле. Обратная сторона медали - эти периоды конечны, и Мастер не всегда успевает отследить их конец. Не успевает собраться. И тогда - провал.

Поэтому он здесь, когда его находит Доктор - на Земле, в Англии начала XIX века, в лондонской кофейне, открытой век с лишним тому назад одним экцентричным греком. Мастер - здесь, пьёт третий кофе подряд, как будто не страдает от вынужденной бессонницы, как будто и так не отпугивает людей нервным неспокойствием и лихорадочным блеском в чёрных глазах. Его ТАРДИС - где-то на космической станции за пять миллионов лет отсюда. Манипулятор временной воронки, с помощью которого он добрался сюда - с наслаждением разбит в щепки сразу по прибытии. Мастер делает очередной глоток с мрачным отчаянием, с отчаянным торжеством: здесь ты ничего не сможешь сделать, думает он про себя, но не себе.

Моргает.

И обнаруживает себя в сумерках у незнакомого ему горящего - догорающего - дома.

Его лёгкие болят от угарного дыма, он надсадно кашляет - и только теперь понимает, что каким-то образом фирменная фарфоровая чашка из той кофейни всё ещё в его руках. Его снова окровавленных руках. Он отпускает её, и она разбивается на крупные осколки под его ногами.

Появление Доктора в тот же момент столь же неожиданно, сколь и абсолютно ожидаемо - по непостижимой логике кошмара, в котором он, видимо, прописался навечно. Мастер растерянно моргает в её разозлённое лицо. Он понятия не имеет, о чём она говорит, но дом в огне рядом наводит на некоторые подозрения. Он смотрит на пламя несколько долгих секунд, пытаясь вспомнить - хоть что-то. Тщетно.

- Я бы не возражал, - хрипло отвечает он ей в конце концов. Но даже сейчас - даже теперь, Рассилон, даже в своём положении - не в состоянии удержаться: - Давно надо было догадаться, что никакой ты не Повелитель времени. Снова слишком поздно, как и всегда.

Подпись автора

ЛЮКС В ПОИСКАХ НУЖНЫХ

0

21

https://kakbicross.ru/viewtopic.php?id= … p=2#p33195

carver hawke
[рыцарь-командор храмовников киркволла]

https://64.media.tumblr.com/6b46319ada1615461894044ae9ef2d2f/d6e86748271bd742-a5/s640x960/6ed3efd0e6ecd932a8f57389e6ecb4c241ee25ba.gif
[ben barnes]

[indent] » dragon age
[indent] Младшему Хоуку сомнительно повезло не оказаться на Глубинных тропах, куда старший брат его не взял, довольно логично рассудив, что если с ним и Бетани что-то случится, то было бы неплохо, если в семье останется хоть один мужчина, который сможет позаботиться об увадяющей матери и скрасить ее горе. В свою очередь Карвер, устав от постоянного пребывания тени собственного брата, решил едва ли не первый раз в жизни сделать свой собственный выбор, который Гаррет вряд ли бы одобрил, если бы знал заранее. И уж точно никогда бы не признал, что и в этом был определенный смысл - при наличии в семье сразу двух магов-отступников, было бы неплохо иметь среди храмовников хотя бы одного своего человека, впрочем, спустя несколько лет это сыграет свой весьма немалый смысл.

[indent] Поступление на службу к Храмовникам, как ни странно, положительно повлияло на Карвера - тот наконец вырвался из-под влияния своего брата, начал добиваться чего-то сам, и вскоре в городе начали ходить слухи не только о Защитнике Хоуке, но и о справедливом и исполнительном Карвере Хоуке.

[indent] В 9.37, несмотря на то, что отношения между братьями Хоук все еще оставались напряженными, порой откровенно колючими из-за тех выборов, что каждый совершал на протяжении жизни, Карвер встает на сторону Гаррета, помогая повернуть разразившийся конфликт в удобную для них сторону. Старший брат, несмотря на то, что сам держит в руках посох и втайне (а порой и не очень) практикует запрещенные разделы магии, удерживает власть в городе благодаря Карверу, который, в свою очередь, занимает место рыцаря-командора Киркволла после смерти Мередит.


[indent] Тот же хитрый подлец, что и Гаррет Хоук, только помладше.

[indent] У братьев всегда были непростые отношения. Гаррет был первенцем, к тому же еще и магом, как сам Малькольм Хоук, и получал куда как больше внимания и ласки. Когда родились близнецы, то центром внимания в семье стала маленькая Бетани, девочка, что тоже начала довольно рано замораживать лужи в тонкий лед, и даже тут Карвер отошел на задний план.

[indent] Старший из братьев, впрочем, никогда не забывал про Карвера, но относился к нему порой снисходительно, даже во взрослом юноше продолжая видеть несмышленого мальчишку, что неуклюже махал тренировочным деревянным мечом в надежде отогнать яркие магические огоньки, что наколдовывал Гаррет, чтобы ослепить младшего брата. Вопреки мыслям Карвера, всегда считающего, что Гаррет слишком много на себя берет, слишком жаден до славы и влияния, старший Хоук всего-навсего пытался защитить свою семью. В том числе и младшего брата, которого всегда любил, но никогда в этом не признавался открыто.

[indent] И какие бы ссоры не случились между братьями, даже когда они оказались по разные стороны баррикад, никто из них не хотел признавать, что на самом деле они весьма... похожи. Больше, чем им самим кажется, больше, чем подмечала даже их собственная мать.
Получив желанную свободу, вырвавшись из-под плотной, порой даже жесткой опеки Гаррета, Карвер начал довольно быстро добиваться высот на службе у Храмовников. Ему верили, его уважали, его любили в городе, ведь фамилия Хоуков уже давно была у всех на слуху, да и у многих ассоциировалась с бесстрастностью и справедливостью благодаря старшему брату.

[indent] Карвер все же мягче своего брата, которому слишком рано пришлось стать главой семьи, а в Киркволе взвалить на себя роль местного героя, что и очистит улицы от кунари, и постарается хоть как-то урезонить разгорающийся конфликт магов и храмовников. И все же, чем старше Хоуки становились, тем все сильнее сглаживались их ссоры и недомолвки, тем больше младший брат учился у Гаррета изворотливости и принятию решений, когда кажется, что верного варианта решения проблемы нет и быть не может.

 

пример поста;

[indent] Посох с силой входит в песок, вязнет в нем до причудливого резного элемента, покрытого лаком - Гаррет не обладал ремеслом их изготовления, но добавить что-то от себя считал чем-то совершенно необходимым, после того как забрал свой заказ у одного из умельцев.

[indent] Старые, напитанные чужой мощью и энергией посохи, найденные в сокровищницах, древних руинах, передаваемые в Кругах по старшинству, в зависимости от послушания и благородства деяний  - самые сильные, самые могущественные?
Чушь. Полная. Любой инструмент, неважно, меч это или лук, а может быть и посох - своему владельцу должны подходить идеально и подбираться под параметры и запросы каждого.
За свой Гаррет отдал немалое состояние, на которое некоторые семьи могли бы прожить спокойно год, но он… стоил каждой уплаченной за него монеты.

[indent] Стремительно темнеющий в сумерках песок взорвался, высекая мелкие искры друг от друга, устраивая в низине небольшую, но самую настоящую пыльную бурю, что играло Хоуку только на руку - венатори стремились спрятаться, укрыться, переждать и напасть со спины на храмовников, звон мечей которых раздавался где-то там, уже далеко, но Гаррет преследовал их достаточно долго, чтобы в уме прикинуть собственные действия.

[indent] Теплое дерево посоха мягко легло в ладонь уже совершенно иначе, и мужчина резко, ни секунды не думая, полоснул по запястью левой руки лезвием, что было надежно прикреплено чуть ниже навершия и так удачно было повернуто к заклинателю.
Кровь стремительно заструилась по бледной коже, стекая к ладони, чуть дрожащей от перенапряжения, предвкушения и… чего-то совершенно темного, совершенно паскудного где-то в глубине души мага.
Гаррет мог поступить иначе. Его уже успели задеть там, где их отряд настиг лагерь венатори - он и сейчас чувствовал, как рана на боку пропитала тонкую кожу его одеяния, достаточно было лишь мазнуть по черному в полутьме пятну пальцами, да отпустить всю ту силу, что жгла сейчас его вены изнутри, но…
Он должен помнить.
Должен осознавать.

[indent] Он помнил, в каком ужасе был Андерс, когда впервые увидел у Гаррета пока что еще весьма скромную, едва различимую на бледной коже вереницу тонких шрамов-полос, которые наискось пересекали новые. Они не заживали полностью, как ты ни старайся, какой бы у тебя не был прекрасный, талантливый целитель под рукой, и как бы тот не бился, подбирая все новые и новые составы исцеляющих зелий.
Магия Крови не щадила. Магия Крови не исцелялась, только уничтожала и… приходила на помощь тогда, когда была необходима, когда других сил не было и в помине, и взяться им было неоткуда.
Хоук понимал, что он, вероятно, слишком далеко зашел в собственном самоконтроле, да и наставления более мудрого отца из далекого детства давали о себе знать. Только спустя долгие года Гаррет узнал, что Малькольм слишком хорошо знал, о чем он говорил, но… Его старший сын решил пойти дальше.

[indent] Каждая полоса была напоминанием. Доказательством его натуры, его могущества, силы и глубины падения. Шрамы, которых с годами становилось больше, Гаррета дисциплинировали. Держали на коротком поводке, не позволяя сорваться окончательно, как это было с большинством магов подобных ему. Они напоминали о той цене, что он заплатил, чтобы сохранить хрупкий, крошащийся прямо на глазах мир и покой его жизни, своих друзей, близких.
Немой укор.

[indent] Посмотри, посмотри, кем ты становишься. Чем ты становишься.

[indent] Каждый шрам - каждое обращение к Магии Крови. Бывало даже, что Гаррет их пересчитывал, и помнил каждый момент, когда находился на грани.

[indent] Широкая полоса у основания ладони - это Киркволл в ту ночь, когда Андерс все-таки взорвал церковь. Ослепленная ненавистью и пленительным шепотом Красного Лириума Меридит, стоящая посреди главной площади города и угрожавшая найти того отступника, что устроил в городе самый настоящий хаос.  Отметина чуть ниже груди, в опасной близости от сердца - Аришок все-таки загнал его в угол, пронзил своим клинком, и Гаррет, отчаянно не желая сдаваться вот так просто, из упрямства и Создатель знает чего еще, глубже насадил себя на его клинок, пока глаза вспыхивали нестерпимо-багровым.

[indent] Они вспыхнули и сейчас.
Маг медленно поднял левую руку, будто одно только это движение стоило ему невероятных усилий, и вся та кровь, что успела запятнать песок под ногами, превращая его в уродливое бордово-черное марево, медленно заструилась вверх, не втягиваясь обратно в рану, но обрастая вокруг нее рубиновыми осколками до самого локтя.

[indent] Гаррет поднял руку и резко сжал пальцы в кулак.

***

[indent] Неожиданный удар откуда-то сбоку сбивает его, отзывается жалящим звоном в голове, и маг лишается чувства равновесия и валится на колени, но не падает окончательно. Только чувствует, как рассеивается тяжело в воздухе его магия, как горчит на языке привкусом металла и гнилью воздух, как в легких его слишком мало, а голоса вокруг слишком злые, непозволительно громкие.
Они раздражают его, Хоук морщится, но еще и от резкой, тянущей боли в собственной руке - кровь теперь просто стекала по ладони и пальцам, оставляя на песке влажные камни.

[indent] - Я.

[indent] Ему хватает сил и гордости, чтобы поднять подбородок и открыто посмотреть на Кассандру.

[indent] Ясность мысли не то, чтобы возвращается к магу, нет, он ее все-таки не терял, не позволяя раствориться себе в собственной силе и поддаться жестокости и жажде власти окончательно, заглушая тихий шепот демонов из Тени собственными принципами и обещаниями, которые нарушать не имел привычки. Но дышать… все равно легче. Как легче и переносить чужие поползновения но собственную свободу и жизнь.

[indent] Они ему - не враги. Кассандра - не враг.

[indent] - Им придется смириться с этим фактом, - сухо и даже немного устало отзывается Хоук, когда их наконец оставляют наедине. Все-таки он уже не так молод, как десять лет назад, да и своими… скрытыми талантами тоже давно не пользовался.
Наивно думал, что больше не придется. Что может ограничиться лишь теорией, подчерпнутой им из тех книг, что были найдены для него наемниками за щедрые деньги.

[indent] Поднимается на ноги, смотрит Кассандре прямо в глаза. И ведь… не объяснишь и не расскажешь ей о том, что Лавеллан был в курсе того, что Хоук - маг крови, с самого начала. Пентагаст была из тех людей, которым жизненно важно во что-то верить. В Создателя, в Вестника Андрасте, в то, что каждый маг крови - потенциальная катастрофа, что утянет с собой в Пустоту половину Тедаса, купаясь в собственной и чужой крови.
Наверное, когда-то ей хотелось верить и в него. Гаррета Хоука, Чемпиона Киркволла, который поднялся в городе с самых низов, но добился небывалых высот, вылезая порой только на собственном упрямстве, принципах и непреодолимом желании просто выжить.
Теперь она должна верить в то, что он ее предал. Всех их. Что он то самое чудовище, с которым их отправляли сражаться вновь и вновь. Что ж… пусть думает, если так ей будет легче.

[indent] - Хорошо, - он даже не пытается с ней спорить, прекрасно понимая, что это бессмысленно, а у него и нет никакого желания кричать в стену. Добавляет только тихо после, но с железной уверенностью в тоне. - Я всегда знаю, что я делаю. И ради чего. Как и цену, что плачу за это.

[indent] Гаррет вытягивает из складок собственных одежд туго стянутые, уже заранее пропитанные зельем полоски ткани и быстро, туго бинтует собственное запястье, будто бы потеряв весь свой интерес к Искательнице.

[indent] - Я тебя услышал. И я подчинюсь, но исключительно тебе. Издевательств и попыток играть с огнем от твоих храмовников не потерплю. Веди.

Подпись автора

ЛЮКС В ПОИСКАХ НУЖНЫХ

0

22

неактуально;

https://kakbicross.ru/viewtopic.php?id=54&p=2#p36143

quintavius quire
[у него большой феникс]

https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/226/541183.jpg
[John Koviak]

» marvel
квинтавиус квайриниус квентин квайр (долго пытался выговорить, эван?) - бунт во плоти, ходячая идеология "мутанты правят миром", пятикратно номинированный на "собирай вещи и уебывай из этой школы, достал!" студент, который ненавидит всё, что дышит, двигается и думает. особенно думает.
    квайр был создан на заводе по производству недоразумений (такой явно где-то есть!), хотя он предпочитает утешать себя, что убил свою родную семью, будучи младенцем, не справившись с телепатическими силами. да, квайр кстати телепат омега уровня, и если его телепатия недостаточно фонит, то фонит сам квентин, своим присутствием обозначая и низводя всех прочих мыслительных телепатов в фасоль консервированную купить по скидке недорого.
    имеет две белые футболки, на которые клепает телепатические надписи, по которым пускает слёзы зависти эван, после чего всеми правдами и неправдами выпрашивает себе одну. итого эван имеет целый гардероб белых футболок без надписей, так как телепат к футболкам не прилагается.
    девушка квентина умерла ради того, чтобы не быть с ним, чем инициировала процесс самобичевания. новые отношения хорошему хэппи энду не поспособствовали, так как гвен бросила квайра по телефону, предварительно забрав себе его сухопутную акулу.
    эван, даже будучи пансексуалом, никогда не пытался предлагать квентину нечто большее, зная что квентин предпочитает девушек и самоотсос.
    квайр умирал более семнадцати раз на Кракоа, но после возвращения в школу к эвану, ему пришлось придумывать ещё двадцать четыре неправдоподобные смерти, чисто чтобы увидеть, как эван впадает в панику, плачет и кричит: "ПОЧЕМУ МЕНЯ НЕ БЫЛО РЯДОМ?"
    будучи подростком, часто оправдывал свои неудачные попытки захватить мир тем, что у него не было нормальной семьи, и его все в итоге бросали. после подросткового периода изменился и больше ни перед кем не оправдывается - пусть оправдываются другие.
    однажды захватил разум всех стенфордских кукушек, подмяв их под себя аки пуховую перину, возлежал сверху и пил чаёк.
    взломал шлем профессора школы, накачав в него троянов, запер россомаху в личном ментальном, до мелочей продуманном измерении. каждый раз били нос об карьерную лестницу, затаскивая на этаж выше, потому что никак иначе способности квайр не прокачивал.


квентин квайр - единственное слабое место эвана во всех смыслах - его рок, его предназначение умереть, будучи погребенным в пепле. телепатией эван не владеет даже в долгосрочной преспективе, а развить не может - мешает этот самый психопатус телепатус. квентин, ненавидя эвана до мозга костей, днями и ночами был готов бдить внутри его рассудка, не особо-то напрягая собственные извилины, но к началу их общей дружбы на миссиях решимость в то, что эван действительно что-то из себя представляет подрастерял. сидя возле могущественного (на минуточку!) мутанта с пробитой головой, который не использовал свои силы, чтобы не получить дебафф на рассудок, квентин понемногу пропитывался интересом к вежливому, вседозволяющему эвану - любое безумие сабанур предпочитал останавливать исключительно словесно, а угрожающего апокалипсиса напоминал столь отдаленно, что в итоге квентин остыл под постоянными упрёками толпы, постепенно переходящей на сторону доброжелательного эвана. но смирился ли?
дружба между двумя друзьями угасает к моменту, когда эван начинает отстаивать свои интересы, перестаёт верить в святое предназначение, которое связывает его по рукам и ногам, вынуждая быть в чём-то обязанным квайру - ведь тот, как другая всемогущая сущность, должен его остановить. вообще варианты продолжить после смерти эвана, которую удалось спустя несколько лет отменить квайр (тем самым уронив себе на голову кирпич, литерально), так как эван, значительно возмужавший, начал испытывать тот самый зов крови, зов генов, зов безумия в своей голове - тысячу раз перезаписанный всеми телепатами, когда либо учившимися или преподававшими в школе джины грей, чтобы предохранить генезиса от любого стресса, способного в любой момент обратить его в апокалипсиса, эван начал терять над собой контроль. в речь добавился искаженный и угрожающий древнеаравийский, а возможность воевать (неважно с кем, неважно против кого), начала воплощаться в каждом его сне. эван перестал бояться своих кошмаров, он стал ими наслаждаться.
а возможно всё было не так. возможно, после второго уже по счету похищения, промывки мозгов, возвращаясь и давая полную отмашку квайру, эван перестал ограничивать того в выпендреже и понтах, безумных планах по захвату мира. возможно вместо бардака, в голове эвана воцарилась идеальная пустота, комната с белым войлоком, на котором можно было писать маркером что угодно, но только лишь одному мутанту на этом свете.
мурвел интригует нас этими отношениями с 2004 года, давая время осмыслить (поэтому я допёр до них в 2022)

пример поста;

— Прости, что я не могу предложить лучшего. Большего. Я мог бы переселиться в место, не такое отстойное как это, но копы только и ждут, когда с меня можно будет что-то взять. Дело не в том, что у меня недостает дельности, понимаешь? Дело не в том, что у меня нет умственного расчета на будущее. Ты побудешь со мной немного и поймешь, что тебя не зря ко мне припекло, и однажды город будет наш.
Он говорил это шепотом, рокотом заигрывающего с самкой голубя, потому что он был трус, потому только на пустыре за свалкой Ру исходил громким криком: «Это мой город! Мой! Мой! А вы, хилые имбецилы, даже дома своего не заслужили!». Сядь и расслабься, Тин, заботливая рука Риверы сделает все за тебя и вовремя, как в детстве, которого у тебя никогда не было. Твой неназванный бойфренд умеет смеять радость, творить пакость и сочинять баллады о всемогущем феназепаме. Его, кстати, клево мешать с алкоголем. Он вообще уже был готов мешать что угодно, хоть чай с семечками, лишь бы перестало необоримо думаться о том, что же у неё все-таки под…. Хотя, если взглянуть на это с другой стороны, ему нравятся эти муки – быть самим собой – выбрасываться желтоперой душой из гнезда, с высоты интеллектуального превосходства – в первобытную дикость.
Может быть предложить парочку pills и ей? Может быть, ей понравится? Он отворачивается – и забирает с собой в сторону пасть своего хищного взгляда. Клокочущий кипяток в кружке – ну да, он дал ей кипяток, а что, пусть привыкает к аду, обжигающему лицо своим паром, смолоду. Тревожный Звонок оправдывался за то, что он обитает в таком месте, как эта ночлежка, но разве правда не кроется в том, что он цепляется за осыпающийся вниз склон всеми своими корнями? У него, серийного убийцы, сомнительное будущее, сосна на краю обрыва никогда не окрылится и не полетит.
Он прислоняется к самому уху Жестяной Феи и каждое слово калиться на его губах, жжет как бытие сиротой на этом свете:
— Я помогаю крови прорезаться в людях. Выйти ей наружу. Ей в них невозможно, как кому-то пришедшему с улицы быть в прокуренной комнате. Ты понимаешь меня, детка?...
Это нереально. Это все твой страшный окающий сон. Съешь ещё этих мягких французских булок, да выпей же чаю. Или перезагрузи Windows, в конце концов, но и это не поможет.
— Хочешь сжаться в ежовый клубок, когда я рассказываю об этом?
А может быть, натянуть на меня презерватив и наконец-то расчесать то, что у тебя так зудит? Толчками.
Пока комнату заполняет прошлое, текущее изо всех щелей.
Включая твою.
Он готов подраться с прошлым на кулаках, серьезно, потому что это не его мысли. Не совсем его. После того, как врачи столько раз вставляли отвертки в его голову, снимали черепную панель и рылись, рылись, рылись в его сумбурном нагромождении проводов...
Знаешь, что не решить перезагрузкой всей системы, Тин? Синие экраны в каждом зеркале, мимо которого ты проходишь. Он пишет на поверхности почти каждого "я больная мразь", и это приносит ему облегчение. Можно не видеть себя в зеркалах, но по-прежнему можно читать в них, кто ты.
— Это все порш-ш-шни, и ты застряла между них, как однажды мои пальцы. Тебе больно? Страшно? Посмотри мне в глаза, Тин.

Отредактировано Howler (2022-08-18 14:32:30)

Подпись автора

ЛЮКС В ПОИСКАХ НУЖНЫХ

0

23

неактуально;

https://kakbicross.ru/viewtopic.php?id=54&p=2#p40382

osamu dazai
[бывший мафиози, сейчас детектив и главный интриган Йокогамы]

https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/255/t663495.gif
[original]

[indent] » bungou stray dogs
Дазай — главная головная боль своих же напарников. Дазай — для многих надежда и спасение. Дазай — тот, кто видит и планирует на несколько шагов вперёд, обыгрывая даже самых страшных соперников.
Дазай обладает задиристым, раздражающим и высокомерным характером; постоянно пытается покончить жизнь самоубийством. Ранее входил в состав Исполнительного комитета Портовой Мафии и являлся напарником Чуи Накахары. На данный момент член детективного агентства, сотрудники которого обладают разнообразными сверхъестественными способностями. Сам владеет способностью «Исповедь неполноценного человека»; эта способность позволяет Осаму посредством физического контакта нейтрализовать способности другого человека.
Поймал Фёдора Достоевского и несколько раз спасал Йокогаму от гибели (хотя и не всегда своими руками).


Я не хочу расписывать всю биографию Дазая, известную из аниме и, тем более, из манги. Лучше поговорю о нас.
Акутагава несомненно очень сильно, безумно любит Дазая. Любит в том понимании, в котором способен любит бесчувственный пустой Зверь. Акутагава предан Дазаю даже после его ухода из мафии, он готов выполнять его просьбы и приказы, готов явиться по первому зову и готов на всё, чтобы получить его признание и уважение. Именно поэтому Акутагава болезненно завидует Ацуши, именно поэтому они пытаются убить друг друга. Только вот Дазай никогда не ошибается и его план "второй двойной чёрный" срабатывает безупречно. Куда это приводит Акутагаву и Ацуши известно из манги...
Так что, мне кажется, Дазай и правда давно признал Акутагаву. Именно поэтому он делает ставку на него и Ацуши, когда впервые встречает того на берегу. Именно поэтому думает о мафиози, который не убивает, после ультиматума Ацуши. Именно поэтому Акутагава в ранобе "Зверь" оказывается именно там, где оказался — ведь всё это один большой план Дазая.

Если вы не читали мангу и ранобе "Зверь", но смотрели аниме, я вам охотно помогу. Покидаю самые важные фреймы и расскажу-покажу, там очень интересно и много действительно важной информации. Не пугайтесь, я не требую знать весь канон, мне действительно достаточно аниме, но мы можем чуточку углубить и расширить события.

Отыграть хочу всё. От их прошлого, когда только Дазай нашёл Акутагаву, до настоящего с неоднократным спасением Йокогамы и уже будущих событий, когда, возможно, Дазай и Акутагава смогут говорить на равных. В прошлом можно отыграть много стекла и абьюза, с моей стороны могут быть невзаимные безответные чувства (которые Акутагава сам не понимает), ревность к Оде и Чуе. Так что если хочешь в нездоровые отношения в прошлом или в более здоровые в настоящем — я открыт ко всему. Рейтинговое/безрейтинговое, что угодно, обсуждаемо.

Важно. На игры, эпизоды и прочее обидок не кидаю. Так что если говорю, что моего перса можно абьюзить в постах, значит, можно, игровое есть игровое. Если в постах Акутагава будет дико ревновать к любому твоему пейрингу, то вне игры я не ревную, мы приходим играть, а не это вот всё. В личном общении гарантирую адекват и милоту. Да, кстати, я не против общения в телеге, вплоть до реаловых дел.

Предпочитаю заглавные буквы, но спокойно отнесусь, если вы пишете без них. Птица-тройка по желанию, размер от 2,5-3 ка в зависимости от ситуации. То есть, воду лить не прошу и сам это не люблю. Лучше здоровый темп и хорошая грамотность. Неконфликтность и адекватность — всё же мы приходим сюда отдыхать и мурчать, а не ругаться. Внеигровое общение при желании возможно, я только за. Постов от Акутагавы у меня пока нет, но с радостью принесу любой другой свой пост.

От вас прошу только любить персонажа, хотеть играть и иметь какие-то мысли, идеи, пожелания. Хотя бы примерно. А там вместе докрутим.

пример поста;

[indent] Дазай всегда всё знал.

[indent] Одна из тех немногих истин, которую Акутагава усвоил первой. Дазай мог пожимать плечами, мог говорить, что ничего не понимает, мог и вовсе ни на что не реагировать — но это вовсе не означало бы, что он чего-то да не знает. Как раз наоборот. И каждый раз, каждое поручение для его напарника, коллег, ученика, превращалось в испытание, а экзамен, провал которого мог караться очень и очень строго. Дазай не терпел неудачников и не прощал ошибки, не спешил помогать или давать советы. Он будто бы только наблюдал, не понимая, как люди не осознают те простые истины, которые давно осознал он сам.

[indent] Акутагава ничего не желал знать о происхождении той зелёной лужи, в которую он случайно наступил. Было достаточно и мерзкого зловонного запаха, от которого тошнота подкатывала к горлу. Эти грязные переулки и запахи возвращали его в прошлое, в те тяжёлые дни, когда он жил на таких вот улицах. Точнее, выживал. Тогда значение имели лишь кров над головой и еда. За них можно было убивать, за них можно было нападать и воровать. Калечить стариков, выбрасывать в ямы инвалидов — о морали речи и не шло. Или ты, или тебя. Акутагава впервые понял это, когда увидел, как мерзкая тощая вонючая старуха срезала с трупов волосы на парики. Тогда-то он очень многое понял.

[indent] Понял и помнил это до сих пор. Именно те дни научили его идти вперёд. Акутагава шёл, хотя сил уже не оставалось. Они с Дазаем были в пути уже двое суток. Бесконечные облёванные переулки, многочисленные грязные кварталы. Метро, автобусы, снова метро, снова автобусы и многочисленные часы пешком. О сне речи и не шло. Акутагава был готов упасть на колени и молить об отдыхе, но понимал, что Дазай этого жеста не оценит и ничего хорошего не скажет. Или посмотрит. Посмотрит только так, как может он. Уничижающе, холодно, жёстко. Поэтому Акутагава не подавал вида: шёл бодро, хотя ныла каждая косточка в теле, не тёр глаза, хотя они болели и слезились от сухости. Более того, он пропах смрадом этих улиц — не отстираешь же потом, — когда как Дазай благоухал своим дорогим парфюмом. И на его молодом лице не было и тени усталости, словно он изобрёл бесконечный источник энергии.

[indent] — Он здесь, Дазай-сан?

[indent] Акутагава остановился за углом старого заброшенного склада. Впереди, огромной несокрушимой махиной, возвышался давно неработающий завод. Он закрывал собой половину чёрного низкого неба — ни огонёчка, ни единого признака жизни. Но они оба знали — эспер тут. Стоило отдать ему должное — прятался и заметил следы он хорошо. Не каждый бы нашёл, не каждый бы выдержал. Да и на этих чёртовых свалках никто его не замечал и не запоминал. Тут никому ни до кого не было дела.

[indent] Над головой прогремел мощный раскат грома — брызнули первые капли дождя. Зелёные лужи потекли по асфальту, а тихий шелест заглушил голоса.

[indent] — Это же к лучшему, да? — спросил Акутагава и глянул в сторону Дазая. — Дождь скроет нас и помешает ему нас услышать. Верно?..

[indent] Глупый вопрос, но надо же спросить хоть что-то. Эти двое суток они шли практически молча. Словно бы у них не было общей миссии на двоих. Словно бы они совсем чужие, хотя это — какими бы сложными ни были их отношения — было не так. Для Акутагавы не было ближе человека; даже Гин не понимала и не знала его так, как Дазай Осаму. И хотя он, Акутагава, такому человеку не подходил и в подмётки не годился, их всё же многое связывало. Акутагава не хотел идти в бой молча. Ему нужно было хотя бы словно, хоть что-то.

[indent] — Дазай-сан, а этот эспер... в чём его сила? — Акутагава обхватил себя локти и почувствовал, как мокнет ткань плаща. — Мори-сан приказал уничтожить его, но почему? Он опасен? Обычно Мори-сан даже самых опасных предпочитает держать у своих ног.

[indent] Раздался очередной раскат грома, сверкнула молния и вдали, у самых заводских дверей, Акутагава различил крадучийся силуэт. Он тут же подобрался и напряг без того болящие мышцы.

[indent] — Это он, — выдохнул Акутагава.

Отредактировано Howler (2022-09-21 19:58:35)

Подпись автора

ЛЮКС В ПОИСКАХ НУЖНЫХ

0

24

https://kakbicross.ru/viewtopic.php?id= … p=2#p41367

ivan tsarevich
[повернутый мудак, бывший муж, названый брат, возможно айтишник]

https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/254/348071.png
[иван янковский]

» slavic folklore
Месть - это блюдо, которое подают холодным. Иван за несколько десятилетий так и не смог остудить свою достаточно, наверное, поэтому у него ничего не выходит. Какой-нибудь затрапезный психотерапевт посоветовал бы ему отпустить ситуацию, но Иван к специалистам не обращается. Сложно простить свое собственное убийство.

Когда-то он думал, что его жизнь сложилась лучше некуда. Удачно женился на первой красавице близлежащих земель, готовишься взять под контроль свое большое наследное царство, вокруг куча подданных и самый верный друг под боком. Ну и что, что не человек и говорить не умеет - так вернее, не предаст никогда. Так глубоко Иван Царевич тогда ошибается в первый и последний раз в жизни.

В какой-то момент ему становится скучно невыносимо, хочется по максимуму привилегии использовать, да и близкие оказываются как будто не теми, с кем рядом он хочет состариться и уйти на вечный покой. Гордыня из Царевича вырывается с силой, самые темные уголки сознания обнажая. Думает, что царь он и Бог, позволяет себе лишнее. Тогда и оказывается, что Елена его совсем не Прекрасная, а та еще коварная сука, что интриги плетет так же ловко, как косы свои белокурые. И Серый Волк, боевой товарищ и старый дружище, медленно но верно чарами ее проникается. Проникается настолько, что Царевич однажды на полу своей горницы плещется в собственной крови, которая мощными толчками льется из артерии, жизнь молодую забирая без остатка. Последнее, что видит он прежде, чем глаза навеки закрыть - хохочущую Царевну и окровавленную волчью пасть.

История Царевича на этом не заканчивается лишь потому, что раньше он, того не зная, сам об этом позаботился. Джек-пот сорвал такой, что вряд ли кому-то снилось. Еще бы, с того света вернуться - шутка ли. Когда в горнице становится тихо и лишь тело с разодранной глоткой стынет, Жар-Птица, в клетке его томящаяся, да глаз золотым оперением радующая, петь начинает. Впервые сама, без приказов и ухищрений. И столько горечи в песне этой, что сердце разорвалось бы. Но выходит наоборот совсем, мертвое сердце начинает снова сокращаться вдруг, смертельной раны края стягиваются медленно. Весь царский двор пением разбужен, и Царь, не медля, гонцов среди ночи за водою живой посылает, а изменников казнить приказывает. Да только след их простыл уже, не сыскать теперь днем с огнем. Злоба черная на предателей селится в сердце Царевича. Как только оправляется, дает себе обещание - найти обоих и уничтожить, растоптать, душу вынуть.

И обещание это несет на себе по сей день, оказавшись в совсем других реалиях. Это его выбор, он чувствует, что искать нужно здесь. Рваный уродливый шрам чуть выше ключиц каждый день напоминает Ивану о цели единственной. Он живет теперь совсем иной жизнью, кажется, даже более успешной, чем раньше. Все так же ни в чем не нуждается, вот только теперь с гордостью сказать может, что сам добился всего, не в подарок по праву рождения получил. Не подпускает к себе никого, правда, опытом горьким наученный. Никого, кроме Жар-Птицы, ставшей талисманом его и спутницей верною. Хотя и с ней не так гладко все. Не успокаивается Иван, еженощно во снах пред собою Елену и Волка видит, нутро подсказывает, что близко уже подобрался. А что сделает с ними, когда наконец поймает - о, об этом лучше не знать никому.


Итак, все участники вышеописанной ситуации теперь в Яви. Иван с Жар-Птицей живут как брат и сестра и вместе занимаются поиском неугодных. Елена Прекрасная и Серый Волк тоже что-то там суету наводят и даже не догадываются, что Царевич выжил и жаждет мести. Иван хитер и уже вот-вот найдет жёнушку бывшую, дабы вершить правосудие, а дальше экшон, страсти, стекло и остальное по списку - ты до нас, главное, дойди. Нас, заинтересованных, тут аж целых три штуки, поэтому игру начнем вот прям с порога, можешь даже не разуваться. Идей тоже море, и чатик в телеге для обсуждений имеется. Заявка не в пару к Елене, но с потенциалом на пару со сложными отношениями к Птичке, хотя и тут готовы пообсуждать, прислушаться и подвинуться в какую-нибудь сторону при желании. Про то, что я жажду поиграть с тобой братско-ненавистнические отношения, и говорить не буду, и так все понятно. В графику оденем напоим-накормим, и вообще все для тебя, наш недостающий сюжетный паззл.

Выдержки из наших анкет/постов для лучшего понимания взаимоотношений:

Волк:

Их дружба начинается с убийства. Волк смыкает челюсти на мясистой ляжке под оглушительное ржание обезумевшей от боли лошади, чтобы немного позднее добровольно вверить себя воле Ивана. Не специально, но все же. Теперь они – одно целое, Царевич и его преданная тень. Это будет длиться месяцами, годами, на тот момент кажется, что вообще бесконечно. А пока они всего лишь движутся к своей первой цели. Диковинная птица манит своим сиянием молодого царевича, затмевая все остальные желания. Волк знает, что без него Ивану не справиться, и звериное сердце теплеет на пару градусов от этих мыслей.

ххх

Царевич, опьяненный безграничной властью – над этими двумя – теряет контроль с пол-оборота, забывая, что рядом с ним все это время дикий зверь. И однажды все-таки оступается, решая, что и зверь этот ему никакая не угроза. Дальше в памяти Волка все состоит из разрозненных картинок, осколков. Вскинутый мужской кулак. Пронзительный женский крик. Его собственная, перемазанная красным, морда с безумным оскалом. Их дружба начинается с убийства, убийством она и заканчивается. Серый безудержно воет, когда понимает, что натворил.

Елена:

Украл Царевну у мамок, да нянек, посадил на Волка верхом, да жизнь сладкую, словно хмельной мёд обещал Иван. И могла быть преданной, любящей Елена, да в ответ ненависть к супругу всё больше съедает — нет покоя. И словно не Волк — зверь, а сам Царевич, под вечер, закрывая дверь в спальню царскую, снимает с себя личину, обнажает свой оскал, да таскает Царевну за запястья тонкие, да пряди длинные. И нет больше супруга прежнего, совсем пропал он в хмельном омуте, всё больше крестьянских девушек попортил, разворовал казну царскую, нет на него никакой управы более. А Волк только голову послушно опускает, да сидит с Иваном подле правой руки, хотя видит всё, понимает.

Елена запускает пальцы в шерсть длинную, гладит нежно, напевает что-то, мурлыкая — волк послушно лежит у ног её, дремлет ли или просто тишину нарушить боится, слёзы соленые девичьи его самого пропитывают. А Царевна лишь шепотом, будто заученно, шепчет ему одно и то же — надо им Царевича извести, избавиться надо, что сразу жизнь всеми самоцветами зацветёт, что заживут они с Волком счастливо, что всегда она рядом с ним будет, нет её сердцу никого дороже. Хочет Елена Царицей стать единоличной, нет сил терпеть более. Волк и не видит, что на лице её усмешка кроется — совсем тьма сердце Царевны поглотила.

Она смотрит на свои длинные пальцы, кровь уже местами засохла и кажется, будто въелась под самую кожу. Чужая кровь. Кровь Царевича. Елена стоит на коленях над трупом хладным, да рыдает навзрыд, голову запрокидывает, смеётся будто, хохочет. Никого она не пошлёт за живой водой нынче. Утыкается в морду сырую, окровавленную Волка она, зарывается в шерсть поглубже, вдыхает запах горьковато металлический, молвит слова благодарности она другу преданному. Расскажет всем при дворе о звере, вепре невиданном, что на Ивана напал, да разодрал в клочья, убил её суженного. Плачет Елена, но то ли от горя горького, то ли от счастья долгожданного, да на Волка поглядывает. Связаны они теперь тайной одной.

Жар-Птица:

Ее имя и Ваня, который всегда просто Ваня, и больше она его никаким помнить не желает. Он переходит с нею от страницы к странице, от главы к главе, но все, что было до, остается там. К тому же, если бы не он, где бы была она сейчас. Уж точно не здесь, не среди этих прекрасных людей. Где бы был он, если бы не она – это вообще отдельная тема. Он не любит ее обсуждать, Злата – любит.

С тех пор, как у нее появились ноги, она уходила от него сотни раз, и столько же возвращалась обратно, жалея. Ей нравится думать, что без нее он пропадет, ведь наверняка пропадет. Она его ангел-хранитель, и пусть крылья ее теперь эфемерны, этого достаточно для того, чтобы сберечь его. Для себя или для чего-то большего – это неважно. Важно, чтобы он просто был, и она об этом знала. Сейчас она знает, хоть и не думает о нем за последние сутки ни разу, и это дает ей силы побыть собой, побыть для себя, ведь слишком долго она была для него.

пример поста;

А как просто оказалось да, Вань? Чтобы все твои грехи обратились пустым звуком, чтобы получить индульгенцию у тех, кто тебя [до сих пор] помнит, надо и было всего лишь ничего, только умереть. И невдомек детям, которым читают сказки про умного и смелого, каким мудаком был их герой. И родителям их невдомек. Да что уж там. Даже тот, кто был рядом столько времени, и тот позабыл, как было на самом деле. Волков все еще смотрит на свои трясущиеся от онемения пальцы, которые ему удалось разжать несколько минут назад только огромным усилием воли. Каждое слово Алены гулким эхом отдается в висках. Он вспоминает все. Каждый вечер, каждую ночь. Они проносятся одна за другой пред его внутренним взором в до тошноты ускоренном режиме. Он нажал бы на паузу, если б мог, потому что правда оказывается еще тяжелее, чем он смел представить. Непосильной. Он не может этого выдержать, не после того, что только что сделал. Ничем не лучше своего хозяина, так  выходит? Он вспоминает все. Все удары, пинки, пощечины, крики. За себя уже совсем не больно, он пережил это за столько времени, утопил в своей же вине, так оказалось проще почему-то. Да и глупо держать обиду на того, кого давным давно уже нет. Нигде нет, совсем. Но новые подробности заставляют всколыхнуться затопленную ярость с прежней силой, застарелой, забытой. Он вспоминает наконец, почему не мог тогда поступить иначе.

Стас не находит в себе сил поднять глаза на Царевну, пока та не умолкает. В тишине квартиры остаются слышны только ее тихие всхлипы. Он будто оглушенный, потому что все его ориентиры порушились за какие-то минуты. И непонятно теперь, как жить дальше, зачем. Годы его поисков по щелчку пальцев теряют смысл. Он опустошен и полон чувствами одновременно. К такому жизнь Волкова однозначно не готовила. Она на него тоже не смотрит.

Парень опускается на холодный пол рядом с нею, встает на колени и бережно притягивает Алену к себе, пытаясь как можно мягче схоронить ее хрупкость в своих объятьях. Пальцы его осторожно поглаживают светлые волосы, совсем как она делала когда-то с ним. Он чувствует, как потихоньку перестают содрогаться ее плечи. Теперь в его глазах стоят слезы, впервые за всю человеческую жизнь.

- Прости меня. Господи, прости меня, – хрипло нарушает он немую тишину, голос дрожит. Волков чувствует себя отвратительно, но уже совсем по-другому, чем обычно. Ему невыносимо стыдно за себя, за то, что он сделал с ней. Ему невыносимо осознавать, что она так отчаянно и так долго бежала от прошлого лишь для того, чтобы оказаться потом в его мстительных лапах. Он убирает выбеленные пряди, открывая взору то, что натворил вот сейчас своими же руками. На бледной коже набухают синюшные следы пальцев, опоясывающие тонкую шею. Он только что чуть не завершил то, что когда-то начал Иван. Волков смаргивает накопившуюся влагу и быстро утирает лицо рукавом. Нежно, как только умеет, обхватывает ладонями ее лицо, поворачивая к себе, найдя смелость посмотреть в голубые глаза, покрасневшие от слез. Впервые он может утешать ее так, касаться ее так, как не смел и не мог в их общем прошлом. – Я не трону тебя больше никогда. И никто больше не тронет, слышишь? Черт, я бы и себе сейчас набил морду, если бы смог, – он слабо усмехается, а в глазах нет и тени веселья. – А любого другого на месте убью, хоть и клялся себе, что то был единственный и последний раз. Ты скажи только.

Между их лицами всего несколько сантиметров и он шепчет ей быстро, прерывисто, почти в самые губы. На них все еще тот самый аромат вишневого блеска, он чувствует. Он поймет, если она прогонит его в следующую же секунду, но чувствует, что очень хочет остаться рядом. Хочет защищать ее от всего и всех, потому что вокруг слишком много недоброжелателей, но понимает, что девушка вряд ли жаждет его близости, близости такого же неуравновешенного придурка, каким был ее муж. Он гонялся за тенью все это время, за ответами и объяснениями, а правда была зарыта в глубине его собственного подсознания, так тщательно им же сокрытая. И вот, к чему это привело.

Он поднимается, наливает себе еще виски, пьет залпом. Закуривает. Смотрит в окно на ночной город. Он не вправе больше требовать от нее ответов, но все же не может не спросить о том, что тревожило его не меньше смерти Ивана.

- Скажи, – замолкает, подбирая слова. – Почему ты оставила меня тогда? Я ждал так долго, что решил видно позабыть о проступках Ивана. С тем и пришлось жить. Вырвался сюда чудом, на одном только желании отомстить. А зря, получается, – снова горький смешок. – Сдох бы себе волчьей смертью давно уже, там, где должен был. И дело с концом. А здесь не выходит как-то, болтаюсь, как неприкаянный. Хуево мне здесь, Лен, – Волков не может пока заставить себя называть ее новым именем, которое она выбрала себе сама. Он опускается на стул, делает последнюю затяжку и вдавливает окурок в так кстати стоящую рядом пепельницу. – Это последнее, что я хочу от тебя услышать. Потом не побеспокою. Я свое получил, уходить отсюда пора, – он имеет в виду совсем не ее квартиру, но не надеется даже, что она поймет правильно. – Устал.

Стас Волков не нужен в этом мире никому и себе в первую очередь. Накатывает вдруг странное облегчение, будто освободился в мгновение от оков, что путами держали его в двуногом теле, в мире, который ему осточертел до зубовного скрежета. Да, он готов ее защищать, но навязывать свое общество и защиту не намерен. В конце концов, как-то справлялась же без него столько времени, и живет, судя по всему, совсем неплохо. Здесь он не нужен тоже. Единственное, что ему осталось, это прекратить влачить свое жалкое существование. И никогда еще Стас не чувствовал себя настолько свободным, как теперь, при одной только мысли об этом.

Подпись автора

ЛЮКС В ПОИСКАХ НУЖНЫХ

0

25

неактуально;

https://kakbicross.ru/viewtopic.php?id=54&p=2#p38022

admiral charles vance
[адмирал звездного флота]

https://64.media.tumblr.com/babf7798e2855b2453d02f627da671ff/72ed62752f16b53b-c0/s540x810/6bf93958d4a635dc7db2a7bc1bda89c107c927e2.gif
[oded fehr]

[indent] » star trek universe

«I never listened to advice when I was green, but take it from an old salt who's made a lot of bad calls in his day. A crew member is drowning. If we let her, then your crew will never look at you, or the Federation the same way again. And you will never look at yourself the same way either.»

Красив. Статен. Обаятелен. Верен Федерации и Уставу.
Пытается призвать всех к ответственности в этом гребанном новом мире, пытается на своем горбу протащить всех в светлое будущее, пытается собрать по частицам Звездный Флот — с нуля. (Святой человек, не иначе).


Ладно, давайте честно: я и Пайк решились на эту заявку не потому что нам смертельно необходим в каст/сюжет и т.д. человек из будущей вселенной, а потому что мы посидели, подумали и поняли, что нам обоим хочется красивого «мальчика» в красивой форме — себе в личное пользование; ты нужен нам в пару — третьим. (Да, третьим, ты не ошибся). Скажем так, эта заявка — для сердца, из души в душу. Мы планируем флиртовать с тобой во флуде, мы планируем красиво обхаживать тебя, мы планируем сделать тебя нашим +1, мы планируем утянуть тебя на задворки своего сюжета, только если ты вдруг захочешь (потому что с логикой вещей придется как следует покрутиться). Но нам, в общем-то, глубоко наплевать тут на логику; нам просто иррационально хочется тебя — третьим, в наш абсолютно и полностью тронутый союз (и сюжет). И нам очень хочется, чтобы ты умел в красивые образы, посты и концепты, чтобы ты был идейным и горел; покомандовать мы тебе дадим, дорогуша, но не все сразу, так что давай начнем с красивой ноты: ты приходишь в гостевую, называешь пароль «+1 для пайка и лорки» и бросаешь нам свой пост, чтобы мы поняли, сможем ли сыграться. Остальное — предоставь нам, мы тебя направим.

пример поста;

тут пост

Отредактировано Howler (2022-09-21 19:58:46)

Подпись автора

ЛЮКС В ПОИСКАХ НУЖНЫХ

0

26

https://kakbicross.ru/viewtopic.php?id= … p=2#p43155

cullen stanton rutherford
[главнокомандующий инквизиции, после 9:44 — божественный рыцарь]

https://i.imgur.com/ylaM3ic.gif https://i.imgur.com/0e7JwAh.gif
[original + charlie hunnam]

[indent] » dragon age
поверьте, тот лишь благороден,
чья не запятнана
душа.

[indent] О Каллене можно поведать много всего, но эта заявка в первую очередь направлена на поиск пары и человека, уже знакомого со львом Скайхолда не понаслышке, а посему я опущу общеизвестные факты и сразу перейду к описанию желаемых взаимоотношений.
[indent] В одной прекрасной песне поется "первая любовь — любовь последняя", и эта цитата полностью применима к Каллену и Лорану. Отношения между магом и храмовником, какими бы невинными они ни были, всегда подвергались порицанию в стенах Круга, да и за его пределами. Церковь не одобряет такие противоестественные порывы сердца, и они оба, Каллен и Лоран, знали об этом лучше, чем хотелось. Рамки, в которые их загоняли правила церковников, не имели смысла, хоть они и скрывали свои истинные чувства, а затем и неловкие, неуклюжие и неумелые во всех смыслах отношения. Взгляды украдкой друг на друга, тайные письма из рук в руки и не менее тайные встречи подальше от злых глаз и сердец. Как знать, что сталось бы с ними, если бы не Восстание Ульдреда, ведь рано или поздно об этой интрижке стало бы известно, и тогда ни Лорану, ни Каллену было бы несдобровать. Вероятно, Разорванный Круг, будучи трагедией колоссальных масштабов, дал им шанс обрести счастье, но не сейчас, не сиюминутно слиться в страстном поцелуе у всех на глазах без всякого осуждение, но спустя многие годы, когда судьба и последствия случившегося в Кинлох Холде сначала развели их по разные стороны баррикад, а затем неминуемо свели окончательно вместе. Правда, ради истинной любви, а речь здесь именно о такой и ведется, всегда приходилось страдать, за нее было жизненно необходимо бороться — как с окружающим миром, неодобряюще взирающим на происходящее между влюбленными, так и с самим собой, ведь именно в исполненном противоречивыми эмоциями сердце крылся ответ на извечный вопрос: а стоит ли это всего, что уже удалось пережиться и что еще только предстоит вынести?
[indent] Ульдред отравил Круг своей магией крови, и множество хороших, ни в чем не повинных людей оказалось зажато в тисках демонов, непрестанно мучающих своих жертв сладостными образами из жизней, что могли бы они иметь, если бы ступили на другой путь в этом бренном мире. Лоран и Каллен — не исключение. Им обоим пришлось вынести немыслимые страдания, но их спасли, а затем все переменилось, как по воле злого рока. Казалось бы, они оба были подготовлены ко встрече с демонами, но лишь Каллена произошедшее изменило до неузнаваемости. Он ощетинился на мир, на магов и на человека, которого смел называть любовью всей своей жизни. Оно, впрочем, и неудивительно. Тварь из Тени пытала Лорана образами Каллена, и он догадывался, что подобное происходило и с Резерфордом, ведь они были друг для друга самыми величайшими слабостями — рычагами непреодолимого давления, способными сломать внутренний стержень окончательно и бесповоротно. Не одну неделю Амелл пытался достучаться до блондина, прорваться сквозь море тьмы и тех невообразимых пыток, что ему удалось перенести, но все было тщетно. Это лишь усугубило и без того плачевное положение вещей между ними. Тогда Лоран перешел все границы в попытках образумить Каллена, и тот ответил ему тем, чего Амелл никак не мог ожидать. Он подавил его, хоть и обещал никогда не делать этого, а затем избил до полусмерти, и только тогда до мага наконец дошло, что вместо него Резерфорд до сих пор видел лишь коварного демона, прикинувшегося им во время восстания.
[indent] Самые искусные целители подлатали Лорана, а храмовники, держащие бразды правления, замяли громкое дело, чтобы оно не дошло до других Кругов и, упаси Создатель, до вышестоящих лиц. Не будь Амелл таким одаренным магом, на него не стали бы и время тратить — просто закончили бы начатое Калленом, но Первый чародей, видя в нем потенциал, который может бесцельно пропасть, выслал его в Камберленд. Резерфорда же отправили лечиться, после чего и перевели в Киркволл, где Мередит Станнард нашла "наилучшее" применение его садистским наклонностям, сделав капитаном и своим первым заместителем.
[indent] Пройдут годы, и Каллен встретится с Лораном вновь, но уже тогда они оба будут совершенно другими людьми, не до конца забывшими о своей первой злосчастной любви. На пепелище былых чувств вспыхнет костер и озарит своим сиянием их существование. Конечно, будут и новые проблемы, новые преграды, которые придется преодолеть совместными усилиями, но самое страшное для них, пожалуй, останется навсегда позади — затеряется где-то там, среди обугленных развалин Разорванного Круга, в котором они однажды и обрели друг друга.


[indent] У меня есть множество задумок на время после их судьбоносной встречи много лет спустя. Есть и альтернатива уже описанному в предыстории. Я с радостью поведаю об этом непосредственно в диалоге тет-а-тет и надеюсь, что совместными усилиями мы сумеем сотворить замечательную историю, которую можно будет отыгрывать с огромным удовольствием и непередаваемым вдохновением.
[indent] Что же касается моих требований к потенциальному соигроку, то их, пожалуй, не так уж много: адекватность, грамотность, знание канона, посты от 3-го лица, а также активность (как и игровая, так и в плане общения). Меня устроит, если вы будете писать мне по посту в неделю (чем чаще — тем лучше), но я морально не готов ждать месяцами. У всех нас есть свои заботы в реальной жизни, я это прекрасно пониманию и разделяю, но хотелось бы не томиться в ожидании неизвестного долгое время. Обещаю любить, лелеять, мемасики кидать, графон подгонять. Ну и доставать в мессенджерах, ибо общаться я обожаю, пусть по мне и не скажешь.

P.S. мой кривой манип для вдохновения
пример поста;

[indent] Мужчина то и дело гадал: неужели вся Вольная Марка была такой? Земля прославленных предков - отчий дом, из которого его против воли забрали много лет тому назад в темный и промозглый Круг на озере Кинлох. Как бы сложилась его жизнь, если бы он остался здесь? Скорее всего, она походила бы на ту, что он вел сейчас. Да, Лорану нравилось вести жизнь прирожденного аристократа - просыпаться на шелковых простынях, носить дорогую одежду и есть деликатесы с позолоченных тарелок, но главным все же было то, что теперь для него не существовало рамок, в которые прежде загоняла всех магов Андрастианская церковь.

[indent] Соседствуя бок-о-бок с морталитаси, самыми искусными магами за пределами Тевинтера, Амелл научился многим удивительным вещам - далеко переступил за черту, проведенную боязливыми церковниками. Здешние маги смерти наглядно доказали, что не нуждаются в "защите" храмовников. Их боялись и уважали все - от простых крестьян, вспахивающих поля в надежде на богатый урожай, до грозных владычиц церкви, заседающих в своих величественных соборах. Таким стал и Лоран: уже не пешка в чужих руках, а полноправная фигура на необъятной политической арене Неварры. У него были деньги и влияние - чародей мог избавиться от любого врага короны, но вот чего он точно не ожидал, так это того, что корона решит разделаться с ним самим.

[indent] Виреллиус, маг из тевинтерской империи, явился ко двору как гром среди ясного неба и столь же молниеносно сблизился с королем Маркусом. Тот, доселе бывший невероятно благосклонным к Амеллу, в считанные дни отдалил от себя его и всех советников-морталитаси - теневых министров, как еще любили их величать другие придворные. До недавних пор никто, каким бы могущественным и влиятельным человеком он ни был, не отваживался бросать вызов этому древнему ордену и самому Лорану. Они боялись последствий, ведь неугодные советникам короля люди исчезали быстро и бесследно. Их право быть подле монарха стало сродни непреложному закону, который, впрочем, без всякий опасений нарушил этот тевинтерский выскочка.

[indent] Поначалу Лоран вместе с остальными своими сторонниками, несколько лет назад давшими ему укрытие от войны, пытался вразумить переменившегося во взглядах короля, но тот наотрез отказался внимать его предупреждениям, словно одурманенный чарами Виреллиуса, а вскоре и вовсе перестал появляться на публике, закрывшись на все засовы в своих покоях. Теперь у руля встал кичливый тевинтерец, и сей факт буквально доводил Амелла до белого каления. Так после очередного совета, в ходе которого новый фаворит откровенно наплевал на пожелания всех министров, приняв далеко не выгодное для страны решение, ему удалось порваться к Пентагасту. Тогда же вскрылась правда, что тот не в своем уме - лежит бездвижно на своей кровати, не обращая никакого внимания на далеко не бесшумно влетевшего к нему без спроса чародея. Взгляд стеклянных, абсолютно неживых глаз отупело уставлен в расписной потолок, а в воздухе витают такие зловония, какие не испускает магия даже самых заядлых некромантов в Великом некрополе. Лоран предпринял попытку привести своего покровителя в чувство, но лишь обжегся о хищную тьму, сковавшую того изнутри. С такой темной магией ему еще не доводилось сталкиваться на своем веку. Древняя и холодная - она отторгала весь свет, который источал собой умудренный опытом чародей.

[indent] Уже тогда стало ясно как день, что в одиночку с этой тевинтерской напастью ему не справиться: исцелить короля от невиданного недуга было выше сил Лорана - он пытался, - а убийство наложившего его мага вызвало бы слишком много вопросов и шума при дворе. По крайней мере, так наверняка случилось бы, если бы руку к расправе приложил один из придворных. Поэтому теневые министры тайно посовещались и единогласно пришли к мнению, что они отчаянно, как никогда прежде, нуждаются в помощи извне. И их выбор небезосновательно пал на Инквизицию, совсем недавно возрожденную, но уже успевшую создать море волнений вокруг своего имени и надежно укрепившуюся в правах своеобразной преемницы Церкви. Инквизитор Тревельян, о котором сам Лоран мог бы поведать много чего любопытного, поддержал опасения морталитаси и пообещал прислать ко двору своих людей, которые без лишнего внимания разберутся с непрошенным гостем. Союз с Инквизицией был выгоден обеим сторонам, и потому многие значимые люди уповали на благополучный исход. Больше всех, конечно, сам королевский чародей, ведь его положение при престоле напрямую зависело от милости правящего монарха. Не будет Маркуса - не будет и Лорана, а ему, поверьте на слово, ой как не хотелось сдавать насиженные позиции и отправляться тащить жалкое существование в какое-нибудь захолустье.


[indent] Настало мгновение долгожданной встречи с людьми Инквизитора, и Амелл, признаться, чуть было не поперхнулся собственными болезненными воспоминаниями, когда увидел посла, отправленного ему на подмогу. Он и не надеялся увидеть это лицо вновь, но теперь на него смотрел не мальчик, которому были велики доспехи и тяжел меч, а настоящий мужчина - красивый и статный. С одной стороны, Лоран был рад этой неожиданной встрече - сердце его забилось загнанной в клетку птицей, будто бы возвращаясь к жизни после многих лет забвения, но с другой - он был разочарован в выборе своего бывшего ученика. Как советник и какой-никакой политик он хотел бы видеть на месте Резерфорда Жозефину или, на худой конец, кого-нибудь из числа высокопоставленных агентов Сестры Соловей, но никак не бывалого вояку, которому чужды придворные дрязги и интриги.

[indent] Крепче обычного сжав посох в своей руке, чародей нашел в себе силы улыбнуться гостю, скрывая нешуточное внутреннее волнение. Холодный метал под его пальцами опасно заскрипел, а по древку тоненькой вьющейся змейкой пробежала голубоватая молния. То стало единственным свидетельством, что эта встреча значит для него куда больше, чем для всех остальных людей, собравшихся дабы выразить почтение их доблестному спасителю.

[indent] - Настоящий воин: никаких любезностей - сразу к делу. Что же, я одобряю такой подход, - отшутился чародей, принимая из рук коммандера послание, подлежащее немедленному уничтожению. Некоторые придворные, полукругом стоявшие позади Амелла, разошлись скромными, почти что искренними смешками, как того полагал негласный этикет: когда фаворит шутит - остальные, хотят они того или нет, обязаны поддержать его. В тайне от чужих глаз они могут рвать друг другу глотки и вонзать ножи в спину, но при посторонних обязаны выступать единым фронтом. Может, они и не любят друг друга, как следовало бы, но одно для всех неизменно: каждый из придворных любит Неварру и готов отстаивать честь своего королевства до последнего вздоха.

[indent] Сощурившись на следующую реплику Каллена, голубоглазый, точно сова, глубоко задумавшаяся над чем-то высоким и философским, склонил голову вбок. Что это, свое рода проверка? Чего этими словами хотел добиться храмовник? У Амелла на сей счет было множество догадок, но ни одну из них он не отважился проверить, а лишь ухмыльнулся и ответил так же холодно, предельно ясно давая понять собеседнику, что они уже не те, что прежде. Всего лишь двое чужих друг другу мужчин, которых когда-то связывала тонкая нить второстепенного повествования.

[indent] - Несомненно, так оно и есть, коммандер, но зато погодка здесь на порядок чаще радует мое жалкое естество, - безразлично кинул он послу Инквизиции и резко развернулся на каблуках своих ботинок. Полы его расшитой серебряной нитью мантии взметнулись вверх, подхваченные порывом теплого ветра, а придворные, словно верные псы, плотным кругом обступили чародея, не давая именитому гостю приблизиться к нему на расстояние вытянутой руки. Нет, Лоран не боялся Каллена как храмовника. Он боялся иного: однажды в башне Кинлоха к нему уже приходила смерть, и у нее были бездонные золотые глаза Резерфорда.

[indent] - Следуйте за мной, я покажу отведенные вам покои, - не оборачиваясь, оповестил Амелл ступающего за ним мужчину и тут же скомкал переданное послание, со всей неистовой злобой швырнув его на каменный помост. Стоило несчастному клочку бумаги коснуться земли, как он мигом вспыхнул насыщенным колдовским огнем, в считанные секунды пожравшим его безо всякого остатка. По крайней мере, хоть это не принесло придворному чародею новых приятных сюрпризов. Их с него на сегодня, пожалуй, хватит.

Подпись автора

ЛЮКС В ПОИСКАХ НУЖНЫХ

0

27

неактуально;

https://kakbicross.ru/viewtopic.php?id=54&p=2#p34918

tsaritsa
[снежная королева, архонт, правительница снежной]

https://c.tenor.com/4y1SFJZvgCkAAAAC/snow-queen.gif
[original arts]

[indent] » genshin impact25/17 - Зима-мама

Мороз жжет. Ничто не обжигает так, как холод. Но лишь поначалу. А потом он проникает внутрь тела, наполняет тебя, пока у человека не остается сил сопротивляться. Легче просто сесть и уснуть. Говорят, что, замерзая, перед концом не чувствуешь никакой боли. Просто слабеешь и тихонько засыпаешь, все словно блекнет, а потом как будто проваливаешься в море теплого молока, в мир и покой.

Холод — самый назойливый компаньон из всех, кого я знаю.

У холода есть одна особенность - он всегда к кому-то тянется, он не может один, хоть и с другими не умеет тоже. Холоду нужно морозить, холоду нужно гасить и распространятся. Холод - это стабильность и вызов, проверка на выносливость. Холод - это смекалка для выживания. Холод - это амбиции, ведь в нём нужно выжить, ведь ему нужно распространиться, ведь ему нужно поглощать; из лучших побуждений и искреннего беспокойства заботиться о том, чтобы никто и ничто в мире не перегрелось, не сгорело. Если не понимаете холода, его сути, его содержимого, если не понимаете глубины понятия мороза, если не умеете ловить все оттенки мира в переливах льда, то вам никогда не понять этого места. Вам никто не понять Царицу, ведь она - в лучших из побуждений - воплощает худшее; амбиции.

Аид был изгнан в подземное царство с Олимпа, она - в вечную мерзлоту из Селестии. Для неё подземное царство (империя), уничтоженное богами, стало источником новой силы, мести и путём (повторением участи?). Но об этом речь пойдёт многим позже. Холод поглощает, его амбиции бесконечные и промозглые, и Царица точно такая же: она должна быть везде, участвовать во всём, лично контролировать всё, потому что только она знает, как лучше. Ненавидит своих сородичей, зная и видя все их ошибки. Никто не умеет права указывать холоду, никто не имеет права заставлять её делать что бы то ни было, никто не имеет права наступать на её амбиций; выходец из Селестии - это не значит, что заодно с ними. Как и Аид. Царица хочет большего. Она хочет всего мира, всех вершин, всей силы, всего контроля; всё во имя ней. И собственно царство - оно не состоит из мёртвых. как у Аида; оно гораздо, гораздо лучше, ведь населено теми, кто пережил мороз, вырос на нём вместо тёплого молока матери. Тут своё понимание уюта и слабости.

Царица не упустит ни единой возможности, как и её люди. Будь то остатки уничтоженной богами империи, что в своё время заставило возненавидеть летающий остров пуще прежнего, кинутые, но талантливые сироты с драматичной историей или политические амбиции - она не упустит ничего; не умеет; конечно же, из лучших побуждений. Всецелый (тотальный) (абсолютный) контроль, страх и уважения - из лучшего; холод замораживает всё, с чем соприкасается, чтобы не потерять, не упустить, не забыть ничего, оставив дорогое при себе. В вечных льдах всё, что близко сердцу, останется с тобой; навечно. Всякий, кто посягнет на это, либо погибнет, либо останется в этой вечной мерзлоте с тобой навсегда. Не суйтесь, если не понимаете холода.


Я хочу этого персонажа
а) для эстетики
в) для эстетики, но (тут очень сложная отсылка и смысл) другой:

[...] Кай посинел и почти почернел от холода, но не замечал этого, — ведь поцелуй Снежной королевы сделали его нечувствительным к стуже, а сердце его давно превратилось в кусок льда. Он возился с остроконечными плоскими льдинками, укладывая их на все лады, — Кай хотел что-то сложить из них. Это напоминало игру, которая называется “китайской головоломкой”; состоит она в том, что из деревянных дощечек складываются различные фигуры. И Кай тоже складывал фигуры, одну затейливее другой. Эта игра называлась “ледяной головоломкой”. В его глазах эти фигуры были чудом искусства, а складывание их — занятием первостепенной важности. И все потому, что в глазу у него сидел осколок волшебного зеркала. Он складывал целые слова из льдин, но никак не мог составить того, что ему так хотелось, — слова “вечность”. А Снежная королева сказала ему: “Сложи это слово, — и ты будешь сам себе господин, а я подарю тебе весь мир и новые коньки”. Но он никак не мог его сложить [...]

с) нужно разнести Селетию, я вангую, что будет клёвое сотрудничество
д) вообще-то у меня батя - первый Фатуи, а вместе с ним остатки былой империи под автономией Снежной, и оно же источник древних знаний и технологического скачка для Снежной последние немало лет
е) ненавидеть собратьев - нормально, я их тоже ненавижу, потому ничего, если случится геноцид архонтов-богов-чебурашек в летающем Замке; только не надо как фрико-Орден Бездны: к людям претензий нет, они неумные, ну и пускай живут себе да барахтаются, клёво же.

Если чуть подробнее, то у меня куча хэдов на тему что Глаз Бога, что Царицы отдельно, ведь она отличается от других собратьев очень сильно. Но что важнее для меня: у неё особые отношения с павшей империей. По нашим наработкам, небольшая часть когда-то захваченных империей земель не поглощены Бездной, потом ошмётком и разрухой остались на поверхности; Снежная взяла под защиту и автономию землю (относительно недавно), что обеспечило ей очень стремительный технологический рост, повышение уровня жизни, обороны и... открыло путь самой империи когда-то: даже имея архонта, шанс отомстить, стереть в порошок чёртову Селестию со всеми мразями, что её населяют. Это стало возможным в том числе благодаря выжившему и после почти пятисот лет скитаний по Бездне выплюнутому на поверхность Черному Солнце Империи, Пьерро, моему отцу, что присоединился к Царице. Тут я могу говорить достаточно много, у меня детали и всякое-разное в голове, но эт просто чтобы ты в принципе понимала, зачем я ищу Цирицу и почему она мне важна.

Из ещё более личного: Кэйя - первый (и единственный) каэнрианец, получивший Глаз Бога. Исходя из моих хэдов, это неспроста; особенно неспроста то, что крио, как и непроста момент-случай. В свое время по канону Дилюку не составило труда добраться до Снежной и даже внедриться в агентуру Фатуи, чтобы найти информацию о Глазах Порчи и отце (неизвестно, удалось ли). Так что добраться туда же Кэйе, но уже с иными вопросами, причинами и последствиями - просто, и лишь вопрос времени. На игре нет Пьерро, что сделало бы это ещё интереснее, но... при всей ненависти и презрении к архонтам, Олберичу имеется, что спросить (можно прислать капитану открытку с приглашением, в самом деле, зачем насилие, когда Фатуи условно любят дипломатию). Это взаимодействие может быть очень красивым, эстетичным и одновременно с тем... холодящим, как Тайга, в которой только чёрное и белое, жив или мертв. Отсюда также можно вывести кучу разных сюжетов, играть множество альтов и пускать слюни, потому что ты лаже не представляешь, что Кэйя на самом деле такое (спойлер: вам не нужен Халк, пацан оч полезный) и как классно с этим можно играть. Я - знаю, потому приватизирую Царицу и хочу загрузить игрой. Шикарной и достойной, коли Фатуи не сделали этого до меня. СПРАВЕДЛИВО.
С Предвестниками игра непременно тоже найдётся, но что-как: я не в курсе. У нас нет (и не будет) общего сюжета (максимум какие-то отдельные арки), имей это в виду. Потому 1001 не связанных между собой событий, пожалуйста, всё для вас.

Будь грамотной, пиши красивые посты, делай это стабильно; я не жду месяцами, смысл приходить тогда, честно. Кстати, не флужу, не ищу общения (люблю побазарить разве что за игру), но хочу видеть игрока, который приходит на ролевую играть, и настроения во флуде на эту самую игру да желание писать посты не влияет. Всё остальное - по желанию и второстепенно, тут народ крайне общительный и утащит в твиты на раз-два. Это важно. В идеале от 3-его лица, однако в теории можно подстр... нет, ладно, только 3 лицо. На капс плевать, на знаки препинания - нет, не плюём.   

По внешности: рандомные арты привет, может в какой манге-аниме есть подходящее. НО! Пожалуйста, не ставьте кого-то умильного-няшного-миловидного вроде Венти или Райден. Это очень красивая, но суровая женщина с типажом скорее Синьоры, чем эро-школьницы. Пожалуйста.

пример поста;

Ничего особенного в этом дне не было и едва ли намечалось. По крайней мере, для детей всех мастей, остававшихся детьми и о многом неосведомлёнными.

Взрослые в последнее время были особенно занятыми и вдохновлёнными, постоянно что-то обсуждали и всё чаще говорили о светлом будущем, но с чём это связано и что под этим подразумевалось юный Хо’э’Лант не знал. У них в Каэнри'ах и свет — понятие достаточно относительное, если на то пошло. Искусственный, технический, алхимический, потому как будущее может быть светлым, если оно уже — этого ему не понять. Мальчишка и без того себя чувствовал достаточно счастливо, с будущим в целом понятным, обозначенным и предопределённым. Единственный сын, наследник, принц, императорское дитя и так далее — это многое накладывало, но и давало также немало.

Хо’э’Лант, как делал это достаточно часто, забрался на самую верхнюю площадку, доступную на крыше имперского замка, и смотрел на то, что здесь называлось небом. На клубы дыма, не переливы, на местами проскальзывавшее отражение всего того, что снизу. Пожалуй, вне алхимического света и этого неба — иного не видел никогда, собственно — ничего столь яркого, не пресного, в знакомом мальчишке мире не было. Можно заикаться о глазах местных, но если убрать указанные два фактора, то и в них отражаться ничего не будет, и цвет их поблекнет в серости и полутьме, и отражающее свечение потеряется.

Ничего особенного неизменно не намечалось и не происходило. Хо’э’Лант обратного и не ждал. Он в целом даже начал проваливаться в дремоту, имея несколько достаточно ленивых дней, свободных от занятий, занятий и иного рода, опять же, занятий.

А потом что-то всё-таки пошло не так. И это почти с порога вогнало в тупик и панику, ибо чего происходило мальчишка был без понятия, абсолютно и совершенно. Не секунду и не две.

Несколько сильных толчков, от чего земля, конструкции, он сам, ни то подскочили, ни то пошатнулись; вибрации, словно кто-то включил волны, а потом... А слишком много всякого "потом", чтобы зацепиться за что-то одно.

Стало шумно, воздух ощущался иначе. Шатания, вспышки, жар, невиданный прежде ветер, предметы; всё это мешалось с чёрным нечто, ни то зависшим где-то на уровне крыши в скольких-то километрах, втягивавшим в себя всё, ни то это упрощение и детское воображение, пытающееся хоть как-то объяснить и олицетворять происходившее. Происходило в целом куча всего странного; слишком много для понимания одного совсем юного принца, ни на что сегодня не рассчитывавшего.

Он даже не заметил, как кто-то из ни то охранных, ни то военных подхватил его и без объяснений потащили вниз. Там был отец и ещё несколько важных лиц. Им всем предстояло бежать: в смысл диалога Каэнри'ах неизменно не вникал и ничего не понимал, но что-то происходило и это, кажется, пугало всех. Его-то уж точно. Ибо, если честно, все прежние детские страхи, что имелись у наследника, в момент показались даже не шуткой. Ему стало очень страшно. Непонятно, от чего в большей степени.

Каэнри'ах боялся. Испугался. Путался. Цепенел и совершенно не соображал, что всё это такое, куда и зачем они убывают. "Эвакуация", это она? Отец ничего не пояснял, будучи таким же напуганным и нервным. Крики снаружи мешались с шумом оттуда же, как и с хрустом трескавшихся и шатавшихся стен, даже их замка-крепости, чего только прежде не пережившего за предшествующие века.

Это и был конец?
Так выглядела смерть?
Она так и должна была длиться: не одно мгновение, а столь долго, что совсем перестаёшь понимать, теряешься в ощущении времени?

Сердце тук-тук. Колотится. Уши закладывало.
Тук-тук. Тук-тук.
И дыхание быстрое-быстрое.
Небо, что над землёй, которого Хо’э’Лант никогда не видел, не предстало светлым будущим; слепящим, пыльным, громким, горячим, страшным, неразборчивым. Предстало тем, что помимо прочего принесло тот чёрный сгусток, что ни то стремился затянуть в себя, ни то наоборот отдавал себя в мир, взаимен странно преобразовывая тех и то, что знакомо наследнику, в худшую из форм воображения. Ни то хаос, ни то все цвета пышного погребения.

Куда они бежали? Тут разве можно спрятаться?
Только жмуриться и думать, что стены, стол или закрытые глаза помогут. Как с игрой в прятки.
И слушать своё сердце. Тук-тук. Тук-тук.
И пульс отца в руке: сердце императора тоже билось. Тук-тук. Через кровь.

Отредактировано Howler (2022-08-24 13:44:53)

Подпись автора

ЛЮКС В ПОИСКАХ НУЖНЫХ

0

28

неактуально;

https://kakbicross.ru/viewtopic.php?id=54&p=2#p45207

bartemius «barty» crouch jr
[пожиратель смерти, разочарование крауча старшего №1]

https://i.imgur.com/3T6kGZu.gif https://i.imgur.com/1PWPyW6.gif
[maxence danet-fauvel or your choice]

[indent] » j.k.rowling's wizarding world
[indent] Никто не ровня Регулусу, представителю почти королевской в магическом мире фамилии Блэков, но Барти — исключение из правил. С латыни имя Регулуса переводится как «маленький король», и Слизерин, бесспорно, его королевство, а у всякого короля есть могущественный и верный вассал. Блэку неизменно достается самое большое и удобное кресло в гостиной факультета, и Барти единственный, кому хватает нахальства и кому Регулус банально позволяет усесться на подлокотник своего «трона», вальяжно закинув ногу на ногу, и уложить руку на изогнутую спинку выше собственной венценосной головы. Они обмениваются заговорщическими взглядами, ухмыляются и продолжают разделять и властвовать: когда они вместе, то весь мир готов преклонить пред ними колени.
[indent] Барти, если верить словам Слизнорта, — гений всех возможных наук, и Регулус в этом ни на минуту не сомневается. Младший Крауч — выдающийся студент, который, возможно, однажды превзойдет каждого из когда-либо живших волшебников. Впрочем, магическое дарование и значительные успехи в учебе — то мелочи, которые заботят лишь Клуб Слизней и, к сожалению, постоянно остаются незамеченными отцом Барти. Регулус становится первым, кто действительно замечает талант Барти и воздает ему всецело заслуженные лавры. Два непростительно недолюбленных родителями подростка находят утешение в обществе друг друга, и теперь они не разлей вода.
[indent] Если бы кто-то вдруг спросил Блэка, ради кого он бы пожертвовал собой, то ответом бы послужило вычурное по всем стандартам имя Бартемиуса Крауча Младшего. У них нет прославленной дружбы Мародеров, все же они слизеринцы, а не гриффиндорцы, но дружба в их представлении нечто более возвышенное, что нельзя выразить простыми словами. Они им, по правде говоря, и не нужны. Подобно близнецам, Барти и Регулусу хватает одного взгляда, чтобы прочесть чужие, но почти свои собственные и родные мысли и все понять. Если Сириус брат Регулуса по крови, то Барти для Регулуса, как и Джеймс для Сириуса, брат по духу. Семья не ограничивается знаменитым родовым древом Блэков. С Краучем темноволосый волшебник усвоил это раз и навсегда.


[indent] Есть столько всего, чтобы я хотел бы сказать про Барти, что, пожалуй, не хватило бы всех в мире страниц, но пока что ограничусь парой скупых пожеланий. Барти не только одним из первых узнал, что Регулус встречается с Джеймсом, но и раньше самого Блэка понял, что Поттер тому нравится. Вероятно, неприятие со стороны Барти к Джеймсу и было, но скорее на почве того, что его лучший друг стал уделять больше времени объекту своего воздыхания и будущему парню, а не ему самому. Гомофобные задвиги прошу оставить за порогом, ибо была у меня мысль, что Барти был влюблен какое-то время в Регулуса, но они сумели это успешно преодолеть, оставшись друзьями. Основной точкой преткновения, наверное, станет тот факт, что Регулус выжил и перешел на сторону врага. Крауч фанатично верен Темному Лорду, но столь же привязан он и к Блэку. Метания меж двух огней нам по игре обеспечены. Регулус не из тех, кто будет ставить лучшего друга перед выбором, но Барти, вполне вероятно, может предпринять такую попытку, ведь для него потерять одно из двух — расположение Хозяина или дружбу Регулуса — смерти подобно. В остальном же мои требования не особо оригинальны: грамотность, знание канона, желание играть и не пропадать без весточки.

пример поста;

Ненавидеть гораздо проще, чем прощать и тем более любить, — настойчиво увещевали бульварные романы. С Джеймсом Поттером все не так. Уже не так. По началу, без всяких сомнений, Регулус ненавидел лучшего друга своего брата просто невероятно, до остервенения и сердечного надрыва, ведь золотой гриффиндорский мальчик украл самое важное, что было в его и без того мрачной и безрадостной жизни — Сириуса. Конечно, Регулус никогда не был центром вселенной старшего брата, как ему, бесспорно, хотелось бы, но до поступления того в Хогвартс он хотя бы являлся неотъемлемой её частью. Как же наглядно показала практика последующих лет, очень даже отъемлемой. Замену можно найти любому — и при условии, что этот «любой» никто иной, как твой родной брат. Пока Мародёры демонстративно игнорировали существования Регулуса как такового, ему самому было проще простого относиться к ним с неприязнью и высокомерием, но события минувшей зимы внесли в их многогодовую идиллию значительные и неожиданные правки, которые вовсе не пришлись младшему Блэку по душе.

У Джеймса Поттера был комплекс классического героя-любовника, появляющегося из неоткуда в самый темный и отчаянный час с намерением неприменно выручить девицу в бедствующем положении. Во всей же этой сказочной истории оставалось лишь два жирных «но»: Регулус — явно не был девицей (точно не Эванс, за которой хвостом увивался Поттер все эти годы), и уж точно не пребывал в бедствующем положении. Он не утопающий, чтобы нуждаться в спасение и глотке свежего воздуха, что был такой редкостью во мрачных подземельях его факультета и родовом особняке на Гриммо 12. По крайней мере, Регулус упорно продолжал твердить себе это всякий раз, когда пред его очи являл свой лучезарный лик настырный гриффиндорец. Кем он себя возомнил? Чего добивается? — не унималось сознание Блэка, пытаясь докопаться до погребенной где-то в глубине сути. Регулус изо всех сил старался отыскать в действиях и словах Поттера уловку, коварный подвох или подспорье для внеочередного розыгрыша, ведь мысль о том, что кто-то по доброте душевной решил общаться с ним, казалась чем-то из разряда фантастики.

Подвоха не нашлось ни на первый, ни на второй, ни на все последующие разы, и через какое-то время слизеринец был вынужден сокрушенно признать, что в глотке свежего воздуха он все-таки нуждался. Им для него и стал Джеймс, с которым в голове уже как-то не вязалось привычное, почти синонимичное и даже нарицательное «враг народа номер один». Да, он по-прежнему оставался предателем крови, якшающимся с магглами и магглорожденными, и просто потрясающим мудаком, но мудаком чертовски обаятельным. Под ударами его сиятельных улыбок и искрящихся безобидным озорством кофейных глаз черная как смоль броня Блэка давала слабину, позволяя своему носителю редкие, но невероятно ценные мгновения, когда он чувствовал себя по настоящему счастливым и беззаботным. Чего греха таить! Регулус рядом с Джеймсом улыбался почти так же ослепительно, как и сам виновник временного таяния вековых ледников, сковывающих его холодное сердце.

Неизменно гриффиндорец абсолютно бесцеремонно врывался в размеренное течение реальности Блэка и грациозно переворачивал оную вверх-дном, после своего ухода оставляя младшего обессиленно валяться среди развалин и собирать осколки своей «древней и благородной» души по кусочкам, как какой-то злосчастный пазл для малолетних. Что же самое смешное во всей этой истории, так это то, что Регулус почти никогда не возражал против подобных действий Поттера и иногда даже первым бросался к нему с распростертыми объятиями, забывая обо всех безобразно кричащих ярлыках, которые на них повесило надменное чистокровное общество, да и они сами. Удручал лишь тот факт, что волшебник до сих пор понятия не имел, каким гнусным словом обозвать происходящее между ними уже на протяжении целого полугода. Вопреки всем усилиям чванного семейства Блэков и не отстающих от дражайшей родни однокурсников, Регулус больше не мог назвать Джеймса своим заклятым врагом, как и нейтральным во всех смыслах термином «неприятель». Что же тогда? Друг? Мерлин ему свидетель, это вряд ли. Царящие меж ними чувства выходили за рамки всяких приличий, и осознание сего пугало слизеринца пуще праведного гнева его Мадам, а её — поверьте — Регулус боялся хлеще самого Темного Лорда.

Голос Джеймса гремит подле темноволосого юноши подобно грозовым раскатам, исторгаемым темными тучами, насупившимися над полем для квиддича. Нехотя Регулус поворачивается к тому лицом и смотрит хмурыми серыми глазами как-то рассеянно на ухмылку, которая, кажется, прочно обосновалась на лице охотника с самого его рождения. Первостепенная задача Блэка как ловца — отыскать золотой снитч и поймать его, но всю тренировку он только и делает, что ищет сосредоточенным взглядом Поттера, ведь тот для него тоже приз своего рода. С той лишь оговоркой, что сто пятьдесят очков идут не в карман команде Слизерина, а в его собственный, который, верьте или нет, уже скоро лопнет от тяжести — столь много раз выигрывал Регулус в этой игре, где не существует ни соперников, ни победителей. Обычно Регулус лучший во всем — в учебе, в магии, в квиддиче, но, когда на горизонте появляется гриффиндорец, он теряет хваленое самообладание и неизменно терпит поражение. От кого? От судьбы-затейницы, наверное, что злорадно насмехается над бедолагой, сидя на его плече, и смакует горечь на чужом языке, вызванную невозможностью высказать все то, что так хотелось бы, что давно надо было.

Секундного взора на оппонента хватает, чтобы утомленно прикрыть глаза и отвернуться. Джеймс, как солнце без темных очков, ослепляет всем свои видом и почти осязаемо обжигает одним только присутствием рядом. Регулус — исконный житель адских глубин, а в аду, сколь вам известно, холодно и негостеприимно. Таким, как он, остается лишь любоваться бьющей бурным ключом жизнью на поверхности и давиться самой что ни на есть зеленой завистью. Но Поттер не сдается — в этом весь он, Мерлин бы его побрал, — и приближается опасно близко, перехватывает чужую метлу уверенной рукой и вновь просит внимания к своей потрясающей во всех мыслимых и немыслимых смыслах персоне. Измотанный тренировкой Регулус уже готов рявкнуть во все горло, чтобы тот наконец оставил его в покое и дал вздохнуть полной грудью (интересно, когда из глотка свежего воздуха Поттер умудрился стать для него полной противоположностью?), но новый взгляд на охотника приводит Блэка в чувство, смягчает врожденную вспыльчивость и каким невообразимым образом умиротворяет бушующую внутри не на шутку бурю. Пожалуй, если бы Джеймс захотел, то и буря настоящая, готовая вот-вот разразиться в небе над ними, повиновалась бы его воле, испарившись безо всякого следа.

Блэк всегда слушает Поттера, но зачастую не слышит, а конкретно сейчас просто предпочитает не отвечать. От чужих слов хочется улыбнуться, совершенно искреннее закивать и согласиться на любую предложенную авантюру, какой бы безумной она ни казалась, только вот дождь отрезвляет, позволяя чуть отстраниться и взглянуть на происходящее с иной стороны. Они спускаются на землю и по-хорошему надо бы спешить где-нибудь укрыться от непогоды, но Регулус просто замирает посреди поля, подставляя лицо первозданному гневу стихии. В голове дружным хороводом начинают кружить прежние мысли, и средь их числа снова выделяет одна: з а ч е м в с е э т о? з а ч е м в с е э т о? з а ч е м в с е э т о?

— Зачем все это? — звучит до боли знакомый голос, и только через пару мгновений до слизеринца доходит, что вопрос задан не Джеймсом, а им самим. Видя недоумение на чужом лице, он ухмыляется и протестующе выставляет свободную от метлы руку вперед — не говорит, но всем видом показывает, что Поттеру лучше не приближаться, пока он не закончил. — Зачем все эти приглашения, ухмылки и шутки? Если ты пытаешься заменить мне Сириуса, — Регулус неприязненно морщится, произнося имя лучшего друга Джеймса, и по-прежнему с трудом переваривает тот факт, что от заветного слова «брат» в их отношениях осталось одно лишь пугающее ничто. — То нет нужды утруждать себя. Я прекрасно справляюсь и без него, — не краснея врет ловец, горделиво вскидывая подбородок вверх и сигнализируя, что забрало холодных черных лат надежно задраено. Единственная и священная их цель — уберечь Блэка от нелицеприятной правды, которая уже какой месяц подряд была неотъемлемой частью его скупого на яркие краски мирка. — Сириус вообще знает, что ты общаешься со мной? Полагаешь, что ему понравится, если правда вскроется? А остальные Мародёры? Что они подумают, выяснив, что их золотой мальчик связался с «одним из этих», — акцентируя внимание на последних словах, молодой человек имитирует презрительную, так и сочащуюся ядом интонацию, с которой гриффиндорцы и слизеринцы обычно говорили друг о друге. — Как-то я сомневаюсь, что они придут от этих новостей в фееричный восторг. Скорее уж наоборот.

Отредактировано Howler (2022-08-29 15:58:43)

Подпись автора

ЛЮКС В ПОИСКАХ НУЖНЫХ

0

29

неактуально;

https://kakbicross.ru/viewtopic.php?id=54&p=2#p43514

jon snow
[король Севера]

https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/223/187413.gif https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/223/738625.gif
[kit harington]

[indent] » asoiaf
Бастард из Винтерфелла, Чёрный Бастард, Белый Волк. Король Севера
Спрятанный на краю света Таргариен, выращенный как бастард и прокладывающий свой путь в полном одиночестве, в диких землях, среди диких людей и просыпающихся страшных легенд. Тоскующий по утраченной семье и матери, которой он никогда не знал. Тот, кто всегда оказывается там, где никто оказываться не хочет, и занимающийся тем, на что у других не хватает сил. Девятьсот девяносто восьмой лорд-командующий Ночного Дозора, предательски убитый своими братьями-дозорыми. Тот, кого не взяла смерть и тот, кого смерть освободила от клятвы. Брат, кузен и возлюбленный, северянин, варг, истинный Старк. Истинный Король.


Я обожаю Джона, и это заявка в пару. Приходи, обсудим хэдканоны, сложим нашу песню о зимней розе, определимся, каким королём тебе быть — За Стеной, Севера или на Железном Троне, выясним, грозит ли Вестеросу что-то снова, поиграем в разных временах и с разным раскладом.

пример поста;

Этот дом родился под дождем, по колено в грязи,
во время Последнего Шторма, как назвали потом эту битву.

Когда пришло время вставать солнцу, королева знала, что сегодня умрёт.

Но утром так и не прояснилось. Небо цвета переспелой сливы опустилось к самому барабану замка, и оттуда стеной валил ливень. Время от времени олень вспарывал небеса своими рогами, и гигантские ветвистые молнии зажигали море. Из грозового сумрака королеве чередой являлись тени. Мать, которой она не знала, такая же миниатюрная и юная, как сама Аргелла, смотрела на неё ласковыми глазами, снова и снова нашёптывала сказку о прекрасной Эленее. Король, потрясая седой бородой, потешался над скоморошьей коронацией в заливе. «Каждый свинарь будет себе герб малевать!» - громовой хохот отца рассыпался по залам Штормового предела, перекрывая рокот моря. Презрительно выслушал он подробности о затеях дерзеца с Драконьего камня, посмеялся над созванным им Малым советом. Тресковым советом нарёк Аргилак Надменный это новшество и добавил: «Только умалишённый доверит свою казну Криспиану Селтигару. Крабы что твои сороки, тащат в гнездо всё, что блестит, при них зад нельзя подтереть, чтобы камни с пальцев не пропали».

Шесть дней назад ворон принёс весть о гибели короля у Бронзовых Врат, и шесть дней Аргелла жила с ширящейся пустотой на месте сердца. Мир погас, и чернота захлёстывала её с головой. Мне надо быть сильной, твердила она как молитву, надо быть сильной; но стоило ей на секунду забыться, как казалось, что отец жив, что всё это дурной сон, что вот-вот он войдёт в чертог, распекая челядь или проклиная Хоаров...

Хоаров тоже больше нет.
Аргелла испытывает приступ боли каждый раз, как вспоминает первое мгновение, когда услышала о сожжении Харренхолла, о большом костре, в котором сгинул их чёрный род. Об этой короткой эйфории. Дура. Кровь и пламя обрушились на Харренхолл, как триста лет назад предрекла Алиса Блэквуд — капля её крови текла и в жилах Аргеллы — и теперь кровь и пламя придут за ней самой. Харвин Твёрдая Рука задушил двоих сыновей Алисы на её глазах, вот только у леди Блэквуд остались другие сыновья, а Аргелла не успела ничего. Ей восемнадцать, и её в глаза зовут ребёнком. Для неё успели сковать оленью корону, украшенную штормовыми сапфирами, тёмными, как сердце бури, и, видимо, это будет единственным, что она успеет сделать, как королева.

Вороны летели и летели в Штормовой предел, рождаясь из грозовых туч, будто Старица приоткрыла двери преисподней прямо над замком, и вести они несли одна черней другой. Море захлестнуло Нефрит и Янтари (Амберли), пришло даже в Туманный лес: пираты со Ступеней вгрызлись в Гневный мыс. Солнечные стрелы Мартеллов терзали Дорнийские марки. Каждое новое письмо заставляло её кричать от ярости; вокруг неё как бы кружили чёрные соловьи и лесные филины, все её родичи. Её собственные, её родные земли, каждая хижина которых была как будто палец на руке, как часть её тела, рвали на куски.

А боги всё плакали и плакали по её отцу: буря не утихала, и видение его безжизненного тела где-то там, в холодной грязи, под дождём не оставляло Аргеллу. Ему же холодно, он должен лежать в своей опочивальне, он должен быть здесь; если бы он был здесь, он бы нас всех защитил — так плакала девочка внутри неё, та, кем ей больше быть нельзя.

Что ж. Она обещала Рейнис Таргариен, что ей достанутся лишь пепел и кости;  так и будет. Пусть лучше Штормовой предел провалится в преисподнюю, чем достанется драконам. Свинарями назвал Таргариенов отец, пастухами чудовищ. Короли! Они сделали своими знаменосцами трусов и клятвопреступников — тресковых и заливных лордов, тех, кто сначала предал оленей ради Хоаров, а теперь лижет их драконьи зады. Они убили её отца. Они убили её отца. Отец предложил им союз, а они убили его. Разве не знали они, чем обернётся дело, когда посылали ему ответ? Горе и ненависть захлёстывали Аргеллу все сильнее, так, что она задыхалась, жаждала конца, жаждала, чтобы эта боль наконец прекратилась, чтобы Штормовой предел никогда не достался Таргариенам. 

Она как сейчас видела лицо отца, когда он узнал, что Эйгон учредил для своего брата-бастарда титул десницы короля. Отец скривился и сплюнул: я-то думал, что подарил этому сестролюбу достаточно рук. Бледная немочь, видать, члена на своих сестриц не хватает, приходится чужими руками стараться.

А теперь чёрный драконий бастард вёл армию к воротам её дома. Стоя наверху башни, Аргелла всматривалась в серую муть, в страшном напряжении стискивая собственные маленькие руки. Редкие вспышки оленьих молний высвечивали серую змею растянувшегося войска, уже приближающуюся к замку. Ей казалось, что она может различить сквозь рокот моря стук барабанов, накатывающую волну гула поступи, бряцания железа, лошадиного ржания, скрипа колёс катапульт. Нервная дрожь сотрясала Аргеллу. Эти дни она не могла толком ни спать, ни есть, время от времени подкрепляя силы редким глотком сладкого вина. Она унаследовала от отца синие, как море, глаза, но в остальном пошла в мать, об этом все говорили — маленькая, с нежной кожей и мягкими волосами. Она не могла подхватить боевой топор и вести армию — её растили не для этого. Но это не помешает ей остаться сильной.

- Моя королева, - капитан гарнизона замка преклонил колено перед ней, и Аргелла, вздрогнув, обернулась к нему. Когда она была маленькой, этот человек — тогда сам ещё совсем юный — возил принцессу на плечах к небольшой бухте, укрытой скалами от волн, где обычно купались замковые дети. Он приносил ей засахаренные каштаны и хвалил её пение.
- Вот они, Виллам, - сказала она горько, кивнув на север. - Сколько у них было людей, когда они высадились в Черноводном? Пара сотен? Они набрали армию предателей с нашей земли и повели против нас же.
- С вашего позволения, ваше величество... - капитан поднялся на ноги, посмотрел на неё странно. - Ваши подданые умоляют вас о последней милости. В ваших силах нас спасти.

Королева знала, что умрёт сегодня, но не знала, что умрёт так.

- Вы желаете сдать Штормовой предел? - тихим от бешенства голосом переспросила Аргелла. Кровь бросилась ей в лицо.  - Вы желаете, чтобы я отдала дом моих предков убийцам моего отца, не так ли?! Вы клялись в верности моему роду перед богами, а теперь!..

- Теперь не время говорить о покрытых пылью клятвах, - оборвал её капитан. - Вы знаете, что стало с Харренхоллом. Неужели вы хотите, чтобы чудовище сожгло ваших родичей?

- Трус, - бросила Аргелла, прозревая, и капитан её гарнизона ударил её по лицу рукой, одетой в железо.

Шесть раз боги разрушали замок, который упорно возводил Дюрран Богоборец. Страшные шторма терзали его народ. Лорды, и жрецы, и простые люди — все просили его вернуть Эленею в море. И вот он, последний день Дюррандонов, когда они всё же решились вернуть кровь богов морю... Огню.

К своему стыду, она оцепенела, когда собственные солдаты скрутили ей руки. Впервые в жизни Аргелла почувствовала, что люди, находящиеся рядом с ней, уже вычеркнули её из списка живых, и теперь им всё равно, что она там себе думает. Слабость накатила на неё, и она почувствовала себя, как во сне. Море ревело сильнее, чем прежде, однако боевые барабаны слышались уже совсем близко, и этот двойной несовпадающий ритм рвал слух. Они выдадут им меня или мою голову?

Ей на руки надевают железо; раскалённые щипцы шипят под дождём, а они, её гвардия, её родичи, так спешат — вдруг армия бастарда успеет дойти до них раньше, чем они покончат с королевой.  Дождь стучит по их латам, а лиц больше не видно. Есть ли кто там, под шлемами?

- Будьте вы прокляты, - говорит она незнакомым голосом. - Вы все мертвецы.

- Заткнись, сука, если не хочешь, чтобы тебе зашили рот.

А ведь отцу стоило только согласиться. Что бы Эйгон Таргариен сделал тогда? Если бы его маленькая шутка обернулась вот так.

Если бы только. Она почти видела это, то, о чём не позволяла думать, ибо в решениях родителя не сомневаются — как она уплывает на Драконий камень и приносит Орису Крюк Масси и огромный лес в Черноводном.

Говорят, когда чудовище Рейнис Таргариен подожгло этот лес, огненные смерчи выкорчевывали и поднимали в воздух вековые деревья.

С неё сбросили плащ, сорвали корону, распороли платье по спине, там, где проходила шнуровка. Один последними словами ругает другого за то, что не догадались раздеть её раньше, чем сковывать руки. Как бы не замечая их, капитан распоряжается поднять семицветное мирное знамя. Они все боятся больше неё и постоянно, инстинктивно пригибаясь, оглядываются на небо, выискивая там серебряную искру. Нет, не армии они боятся, ибо Штормовой предел никогда не был взять штурмом. Они боятся огня.

Аргелла стинула челюсти. Она должна быть сильной. Она не доставит никому удовольствия, показав свои истинные чувства. Разделывть оленя — благородное занятие, выполнять его может только высокородный человек, а она чувствует сейчас себя именно как разделываемое животное, когда её тело оказывается обнажённым, и ливень лупит по голой коже, и от холода сводит плечи. Этим не может заниматься солдатня.

Они всё же вернули её плащ, прежде чем погнали вниз по бесконечной лестнице башни, и через все дворы, и сдёрнули его, лишь когда зашли под свод ворот. Сорок футов ей предстояло пройти под стеной, как сквозь пещеру. Ни одна колдовская тень не пройдёт под этой стеной... поэтому она прилетела сверху. Ребёнком Аргелла тысячу раз бегала здесь босиком, но теперь камни больно ушибают ей ноги, ливень льёт позади и впереди, латники шагают по бокам, и она идёт, лишённая прошлого и будущего, думая лишь о том, что голова её с пики проклянёт их всех. Она будет сильной. Она вынесет всё и...

Ливень и гул обрушиваются на неё вместе, бьют по коже, мокрые волосы, спускающиеся до колен, немного скрывают наготу, но особого толка от них нет. Впереди вышагивает солдат с мирным знаменем. Аргелла тяжело дышит и старается смотреть поверх голов, ослепнуть, оглохнуть, желательно умереть прямо сейчас. Прямо сейчас.

Отредактировано Howler (2022-09-21 19:59:11)

Подпись автора

ЛЮКС В ПОИСКАХ НУЖНЫХ

0

30

неактуально;

https://kakbicross.ru/viewtopic.php?id=54&p=2#p40500

nakajima atsushi
[детектив, оборотень-тигр]

https://forumupload.ru/uploads/001b/8a/62/255/t897113.gif
[original]

[indent] » bungou stray dogs
Прежде, чем стать одним из детективов Вооружённого Детективного Агентства и учеником Осаму Дазая, жил в приюте, откуда его прогнали. Какое-то время находился в розыске. За его голову была назначена цена в семь миллиардов йен. Обладает способностью «Зверь Лунного Света».

Из-за жестокого обращения в приюте, Ацуши совсем не уверен в себе, и даже ненавидит себя. Он зациклен на прошлом, и принимает множество неправильных решений из-за своей низкой самооценки, но в моменты опасности Ацуши готов идти на риск ради других. Из-за того, что он вырос в среде унижений и наказаний, всегда настроен на неудачи. Так как Ацуши сам являлся изгоем, он не любит, когда над другими издеваются.

Тем не менее, он старается преодолеть свои страхи и изменить свою жизнь. Благодаря работе в агентстве и постоянным стычкам с Акутагавой, он понял, что прошлое лучше оставить позади, так как оно совершенно не имеет значения в его нынешней жизни. Несмотря на ужасное детство и постоянные издевательства, Ацуши вырос добрым и отзывчивым человеком, для которого жизнь и благополучие других людей превыше всего.


Предпочитаю заглавные буквы, но спокойно отнесусь, если вы пишете без них. Птица-тройка по желанию, размер от 2,5-3 ка в зависимости от ситуации. То есть, воду лить не прошу и сам это не люблю. Лучше здоровый темп и хорошая грамотность. Неконфликтность и адекватность — всё же мы приходим сюда отдыхать и мурчать, а не ругаться. Внеигровое общение при желании возможно, я только за. Постов от Акутагавы у меня пока нет, но с радостью принесу любой другой свой пост.

От вас прошу только любить персонажа, хотеть играть и иметь какие-то мысли, идеи, пожелания. Хотя бы примерно. А там вместе докрутим)

пример поста;

[indent] Дазай всегда всё знал.

[indent] Одна из тех немногих истин, которую Акутагава усвоил первой. Дазай мог пожимать плечами, мог говорить, что ничего не понимает, мог и вовсе ни на что не реагировать — но это вовсе не означало бы, что он чего-то да не знает. Как раз наоборот. И каждый раз, каждое поручение для его напарника, коллег, ученика, превращалось в испытание, а экзамен, провал которого мог караться очень и очень строго. Дазай не терпел неудачников и не прощал ошибки, не спешил помогать или давать советы. Он будто бы только наблюдал, не понимая, как люди не осознают те простые истины, которые давно осознал он сам.

[indent] Акутагава ничего не желал знать о происхождении той зелёной лужи, в которую он случайно наступил. Было достаточно и мерзкого зловонного запаха, от которого тошнота подкатывала к горлу. Эти грязные переулки и запахи возвращали его в прошлое, в те тяжёлые дни, когда он жил на таких вот улицах. Точнее, выживал. Тогда значение имели лишь кров над головой и еда. За них можно было убивать, за них можно было нападать и воровать. Калечить стариков, выбрасывать в ямы инвалидов — о морали речи и не шло. Или ты, или тебя. Акутагава впервые понял это, когда увидел, как мерзкая тощая вонючая старуха срезала с трупов волосы на парики. Тогда-то он очень многое понял.

[indent] Понял и помнил это до сих пор. Именно те дни научили его идти вперёд. Акутагава шёл, хотя сил уже не оставалось. Они с Дазаем были в пути уже двое суток. Бесконечные облёванные переулки, многочисленные грязные кварталы. Метро, автобусы, снова метро, снова автобусы и многочисленные часы пешком. О сне речи и не шло. Акутагава был готов упасть на колени и молить об отдыхе, но понимал, что Дазай этого жеста не оценит и ничего хорошего не скажет. Или посмотрит. Посмотрит только так, как может он. Уничижающе, холодно, жёстко. Поэтому Акутагава не подавал вида: шёл бодро, хотя ныла каждая косточка в теле, не тёр глаза, хотя они болели и слезились от сухости. Более того, он пропах смрадом этих улиц — не отстираешь же потом, — когда как Дазай благоухал своим дорогим парфюмом. И на его молодом лице не было и тени усталости, словно он изобрёл бесконечный источник энергии.

[indent] — Он здесь, Дазай-сан?

[indent] Акутагава остановился за углом старого заброшенного склада. Впереди, огромной несокрушимой махиной, возвышался давно неработающий завод. Он закрывал собой половину чёрного низкого неба — ни огонёчка, ни единого признака жизни. Но они оба знали — эспер тут. Стоило отдать ему должное — прятался и заметил следы он хорошо. Не каждый бы нашёл, не каждый бы выдержал. Да и на этих чёртовых свалках никто его не замечал и не запоминал. Тут никому ни до кого не было дела.

[indent] Над головой прогремел мощный раскат грома — брызнули первые капли дождя. Зелёные лужи потекли по асфальту, а тихий шелест заглушил голоса.

[indent] — Это же к лучшему, да? — спросил Акутагава и глянул в сторону Дазая. — Дождь скроет нас и помешает ему нас услышать. Верно?..

[indent] Глупый вопрос, но надо же спросить хоть что-то. Эти двое суток они шли практически молча. Словно бы у них не было общей миссии на двоих. Словно бы они совсем чужие, хотя это — какими бы сложными ни были их отношения — было не так. Для Акутагавы не было ближе человека; даже Гин не понимала и не знала его так, как Дазай Осаму. И хотя он, Акутагава, такому человеку не подходил и в подмётки не годился, их всё же многое связывало. Акутагава не хотел идти в бой молча. Ему нужно было хотя бы словно, хоть что-то.

[indent] — Дазай-сан, а этот эспер... в чём его сила? — Акутагава обхватил себя локти и почувствовал, как мокнет ткань плаща. — Мори-сан приказал уничтожить его, но почему? Он опасен? Обычно Мори-сан даже самых опасных предпочитает держать у своих ног.

[indent] Раздался очередной раскат грома, сверкнула молния и вдали, у самых заводских дверей, Акутагава различил крадучийся силуэт. Он тут же подобрался и напряг без того болящие мышцы.

[indent] — Это он, — выдохнул Акутагава.

Отредактировано Howler (2022-09-21 19:59:28)

Подпись автора

ЛЮКС В ПОИСКАХ НУЖНЫХ

0

Быстрый ответ

Напишите ваше сообщение и нажмите «Отправить»



Вы здесь » Lux: ante mortem » Notable Magical Names of Our Time » КАК Б[Ы] КРОСС